Фонд Александра Н. Яковлева

Архив Александра Н. Яковлева

 
СИБИРСКАЯ ВАНДЕЯ
Глава 8. Иркутская губерния [Документы №№ 774–879]
Документ № 878

Обзор Иркутской губчека о повстанческом движении в Иркутской губернии


[ г. Иркутск]

[До 18 декабря 1920 г.]

I. Балаганский уезд.

Наиболее широкая полоса восстаний охватила Балаганский уезд. Районом восстаний являлись Тихоновская, Евсеевская, Осинская, Ново-Удинская и отчасти Верх-Идинская волости. Сюда следует также отнести и местность Молькинской волости Ангарского аймака, но этот последний в целом в настоящем обзоре выделен в качестве особого уезда — Ангарского аймака.

Первым днем восстания было 21 октября в Евсеевской, Тихоновской и Осиновской волостях. Центральной фигурой восстания в названных волостях являлся правый эсер Охотин, бывший учитель, унтер-офицер, пользовавшийся благодаря дару слова популярностью [среди] крестьян и сумевший вовлечь в восстание значительные крестьянские массы.

Еще при первой вспышке восстания, в апреле месяце1, роль Охотина была достаточно ясна, но по невыясненным причинам он оказался вне всякой ответственности и к моменту последних событий в Балаганском уезде занимал должность секретаря Тихоновского волостного ревкома, в который членами входили Середкин, Силецкий и Федосеев, — впоследствии признанные участниками восстания и присужденные выездной сессией ревтрибунала к различным наказаниям.

Задолго до восстания Охотин всецело посвящает себя подготовке к восстанию, устанавливает прочные связи с скрывающимися в тайге и [по] заимкам офицерами, разъезжает по различным районам Балаганского уезда (совершил поездку в пределы Иркутского уезда, в Усть-Балейскую волость, где также поднял восстание), группирует около себя лиц, впоследствии ставших руководителями восстаний. Более точных материалов, вскрывающих его деятельность, а также деятельность его сотрудников, не имеется, но с несомненностью можно предполагать, что налицо была тайная организация, имевшая свою сеть [на] периферии.

К моменту восстания создается штаб, где Охотин занимает руководящее положение. В различных районах уезда деятельными сотрудниками штаба являются бывшие офицеры Петров, Шелапугин, Амагеев, Чернов, Миронов, Кульпин, Иванов.

21 октября в Евсеевской волости началось восстание, наиболее горячее участие в котором приняли подлежавшие мобилизации унтер-офицеры с Дмитрием Донским во главе. Образовавшийся отряд восставших численностью свыше 200 человек разоружил милицию и стоявший там продотряд, причем двое из коммунистов были убиты, остальные подвергнуты избиениям и аресту.

Вслед за этим возникают восстания в Тихоновской и Осинской волостях. В Тихоновской созывается на 19 октября съезд крестьян сел и деревень данной волости, на который прибыли главным образом подлежавшие мобилизации унтер-офицеры и явно контрреволюционное кулачество. На сходе была образована преимущественно из унтер-офицеров дружина до 75 человек, затем была разоружена милиция и арестованы все коммунисты. Офицерство оставалось в резерве, от участия в руководящем штабе было отстранено, и во главе дружины встали унтер-офицеры из кулаков, выбрав своим командиром Жданова.

Та же самая картина восстания одновременно захватывает и Осинскую волость, причем руководителями с самого начала в этой волости выступают главным образом офицеры — братья Черновы, Амагеев, Миронов и др. Восстание сопровождается арестом и разоружением милиции, коммунистов и советских работников. Количество белой банды достигает 450 человек, из которых около 100 были вооружены трехлинейками.

По всему этому району восставших в трех волостях вооруженных было не менее 800 человек, значительная часть которых становилась в отряды банд в качестве конницы. Далее восстание в непосредственной связи с этим районом распространилось на Ангарский аймак с населением преимущественно бурятским.

Особый Балаганский коммунистический отряд и особый 16-й отряд 5-й армии с 25 по 30 октября ликвидировали по данному району восстания, причем с момента боевых операций руководство бандами переходит в руки главным образом офицерства. Банды, имея неудачные для себя столкновения с красными отрядами, в составе наиболее контрреволюционном покидают деревни и села и скрываются в тайгу. Из участников восстания по району трех волостей в период ликвидации восстаний было арестовано около 250 человек. Все они преданы суду выездной сессии ревтрибунала. Со стороны красных отрядов в ликвидации восстаний приняли участие 16-й особый отряд 5-й армии, 2-й легкий дивизион 35-й дивизии и особый Балаганский коммунистический отряд.

К моменту ликвидации восстаний в названных выше волостях возникает восстание в Ново-Удинской волости. Здесь политический розыск еще до восстания установил существование правильно действовавшей подпольной контрреволюционной организации в составе местной сельской интеллигенции, занимавшей разные ответственные должности в советских учреждениях: эсер Рылов — секретарь Ново- Удинского исполкома, учитель Чижов, начальник по[чтово]-тел[еграфной] конторы Соколов, Куренных Михаил — техник и ряд кулаков-спекулянтов. Ново-Удинская организация находилась в тесной связи с подобной же организацией в Молькинской волости, причем под руководством этой последней организации и проходило восстание в названных двух волостях.

К 31 октября в Ново-Уду собрались с окружающих сел и деревень до 600 вооруженных дробовиками крестьян, из которых до 25 человек были вооружены трехлинейками. Во всех действиях и операциях Ново-Удинская организация со своим отрядом подчинялась Молькинскому штабу, руководителями которого в числе прочих кулаков являлись офицеры Чернов, Иванов и Ануфриенко. Группа коммунистов в Ново-Уде, предвидя неминуемость кровавой развязки и не имея возможности укрыться, забаррикадировалась в помещении школы и в течение нескольких часов оказывала вооруженное сопротивление напавшей на них банде. В результате этого первого столкновения два коммуниста были убиты, трое ранены и четверо расстреляны.

1 ноября весь Ново-Удинский отряд был по распоряжению Молькинского штаба двинут в Мольку, причем, проходя деревню Балаганку, отряд расстрелял еще двух коммунистов. 4 ноября недалеко от с. Молька банда встретилась с 16-м отрядом 5-й армии, вступила в бой и, оставив на месте 16 убитыми и 61 пленными, отступила. После этой неудачи банда оставила район Молькинской и Ново-Удинской волостей, раскололась на части и скрылась в тайгу, причем небольшой осколок банды бежал по направлению к Жигалово. Из главарей в этом районе был взят в плен офицер Иванов. Преследование банд продолжается и до настоящего времени.

Судя по сводкам, среди массы крестьянства наступило успокоение, беднота крайне озлоблена на организаторов восстания. В общем отмечается тактичная, умелая линия поведения красных отрядов в процессе ликвидации банд. Как частность местами наблюдались и различные незакономерности со стороны отрядов, выражавшиеся в массовых арестах, реквизициях и конфискациях.

Причинами восстаний, по докладам и сводкам с мест, отмечаются2 крайне ненормальные общие политические условия советского строительства данного района. Эти условия выражались в том, что строительство советских органов на местах проходило, совершенно минуя контроль и участие высших органов власти. Комячейки в целом ряде мест представляли из себя не более — не менее как уродливые политические явления: имея в своем составе крайне неустойчивых в моральном отношении лиц, подчас с уголовным прошлым, эти ячейки, далекие от партийных и политических интересов, представляли из себя привилегированную группу лиц, связанных между собою различными шкурными интересами и злоупотреблявших во многих случаях своим положением. При таком положении в комячейки проникали и кулацкие элементы.

Волревкомы и сельревкомы, в особенности после последних перевыборов незадолго до восстания, сплошь и рядом состояли либо из кулаков, либо из лиц с настроениями, враждебными советской власти. Такая действительность открыла широкую возможность всем контрреволюционным элементам, как местным, так и скрывающимся от преследования советской власти, упрочить свое положение, развить свою деятельность и образовать целую сеть своих организаций, подчинив себе местные ревкомы и через эти последние выполняя свои задачи.

Культурно-воспитательная работа в данном районе демонстративно отсутствовала, информация в виде распространения газет злостно не проводилась. Отмечается, что подчас самые вымышленные провокационные слухи принимались населением за несомненные факты.

Работа чекистских органов совершенно не коснулась этого гнезда контрреволюции, информация не была поставлена, и преследование скрывающихся совершенно не проводилось.

Не было и постоянной живой непосредственной связи уездного центра с массами населения этого района.

Продовольственная работа — по обследованию лиц, изучавших на месте причины восстания, — ниже всякой критики: продовольственные агенты, оторванные от крестьянства, проводили разверстку, не удовлетворяя ни один из запросов к ним со стороны населения. Не имея инструкций, руководящих указаний, не имея плана, продагенты наиболее ответственную работу возлагали на ревкомы, которые руководствуются исключительно личным усмотрением. Никакой литературы, никакой широкой агитационной предварительной работы перед мобилизациями и разверсткой не проводилось.

На местах особенное озлобление вызвали некоторые приказы губернского продкома и совнархоза, из которых необходимо отметить следующие.

1. Приказ губпродкома о закрытии всех мельниц в связи с 4-хфунтовым помольным сбором. Приказ этот был впоследствии отменен, но действие его в течение некоторого времени крайне тяжело отразилось на положении бедняков и середняков.

2. Распоряжение совнархоза о реквизиции кож и в связи с этим закрытие всех кустарных заводов, работавших исключительно на крестьян. Обработка реквизированных кож вследствие этого прекратилась и значительное число их приведено в негодность (на одном Табарсукском заводе сгнило не менее 200 кож).

Как общее явление повсеместно отмечается преступная нераспорядительность уездных органов трамот, вследствие чего в наиболее горячую пору крестьяне с подводами отрываются на многие дни от работ, совершенно непроизводительно затрачивая эти дни. Также как на общее явление указывают на крайне низкую способность приемных и ссыпных пунктов.

Эти общие условия хозяйственной и политической советской жизни на местах и создали чрезвычайно благоприятную почву для широкой контрреволюционной агитации, которая увлекла массу крестьян на путь контрреволюционных восстаний.

Ангарский аймак. Восстание в Ангарском аймаке — в хошунах Унгинском, Боханском, [Укыр-]Шаралдаевском, Кохинском, Бильчирском и Утанкаевском — неразрывно связано с восстанием Балаганского уезда, в частности, с восстаниями в Осинской, Тихоновской и Евсеевской волостях.

Восстание в Молькинской волости (хошун), в свою очередь, находилось в теснейшей связи, а впоследствии и непосредственно слилось с восстаниями Ново-Удинской волости, и в обзоре Балаганского уезда, в части, касающейся Ново-Удинской волости, получило освещение.

Восстание в первом районе в названных выше хошунах 20–22 октября выразилось в разоружении милиции, аресте коммунистов, были случаи и расстрелов последних. Руководителями восстания являются те же офицеры: Чернов, Амагеев, Степанов, видную роль играл богатый бурят Амагеев. С занятием Осы красным отрядом и с ликвидацией Евсеевского фронта восставшие, преимущественно из бурят, частью рассеиваются вместе с бандами в тайгу, частью возвращаются по домам. Из бурят главным образом принимали участие в восстании быв[шие] ранее участники семеновских монгольских банд и богатые кулаки.

Бурятская масса оставалась в стороне от движения. Бурятская милиция и советские работники принимали горячее участие в подавлении восстания. Норма советской жизни и органов восстановлена в полной мере3.

При сем прилагается два заполненных бланка по регистрации восстаний в Ангарском аймаке.

II. Черемховский уезд.

Районом восстаний Черемховского уезда были Голуметская, Буретская, Бажеевская, Кутуликская волости и волость Дмитриевская Балаганского уезда, но прилегающая к названным волостям, в частности к Голуметской, и организационно связанная с этими волостями по восстанию. Первым днем открытого вооруженного восстания фиксируется 14 октября. Центром восстания было село Голуметь, в котором обосновался и штаб белых банд. Восстание этого района носит строго организационный характер и, как по подготовке, так и по ходу операций, равно и по организации органов власти обнаруживает умелое руководство действиями со стороны квалифицированной белогвардейщины из офицерства и чиновничества. Действительно, расследованием установлено, что к моменту открытого вооруженного выступления была сорганизована небольшая, но хорошо вооруженная белая банда из скрывавшейся по уезду белогвардейщины и руководимая офицерством. Заняв село Дмитриевское и Дмитриевскую и Голуметскую волости, банда имела в своем распоряжении уже отряд до 350 человек, причем не менее 100 были хорошо вооружены, в значительной части представляли из себя конницу.

Нападение на Дмитриевскую волость сопровождалось арестом коммунистов и советских работников, из коих два коммуниста были убиты, один изуродован. После занятия Голумети бандой было убито еще два коммуниста и четыре советских работника.

К этому моменту, к 20–22 октября, был образован в селе Голуметь белый штаб под названием «Военный штаб крестьянской армии Голуметского района», причем все распоряжения как военного, так и гражданского характера исходят от названного штаба. Штаб проводит мобилизацию людей, лошадей, проводит сбор продовольствия, создает местные исполкомы на платформе земской власти, выпускает воззвания к крестьянам, в которых, понося коммунистов, заявляет о падении советской власти почти повсюду и о создании новой власти, отстаивающей крестьянские интересы и отменяющей всякие повинности. В штабе и на командных ответственных постах преобладает офицерство. Командующим Голуметским фронтом у белых является бывший начальник милиции при Колчаке, также и советской службы Васильев, офицеры Иванов, Ермаков, Дуботолков и другие являются руководителями восстаний. В среде банды — дезертиры, милиционеры колчаковской службы, скрывавшиеся по уезду казаки, дезертиры — унтер-офицеры из кулачества.

Таким образом восстание данного района является подготовленным и проведенным при наличии образовавшейся заранее белогвардейской банды, путем злостной провокации сумевшей вовлечь и крестьянскую массу в события. Согласно материалам расследования, общее количество принимавших активное участие в восстании исчисляется цифрою не менее 600 человек, причем до 70 % из этой цифры относится к кулачеству и белогвардейщине, остальные — середняк и бедняк, несознательный массовик, вовлеченный теми или иными способами, главным образом агитацией и совершенно ложной информацией об этих событиях.

По материалам расследований не представляется возможным установить имело ли место со стороны какой-либо политической группировки, в частности эсеровской, руководство в данных событиях. Персональное же участие эсеров, во всяком случае в своем прошлом имевших отношение и причастных к партии социалистов-революционеров, является очевидным. Так, например, глава контрреволюционного фронта Васильев был действительно членом партии социалистов-революционеров.

Операции по ликвидации фронта и банд со стороны советских отрядов оказались крайне неудачными, ибо все банды без особых потерь скрылись в тайгу. Со стороны красных потери убитыми выражаются в цифре трех, со стороны белых — 86. Арестованных — около 200 человек, дела переданы на рассмотрение сессии ревтрибунала.

С образованием так называемого Ока-Голуметского фронта по Черемховскому району в различных местах уезда появился целый ряд мелких вооруженных банд. Действия их выражались главным образом в бандитизме. Все они частью выловлены, частью рассеялись по тайге при появлении красных отрядов. К 25 октября с занятием красными села Голумети банды скрылись в тайгу и ныне общие операции по Черемховскому уезду преследуют задачу вылавливания и преследования банд.

С ликвидацией белого фронта хлебная и мясная разверстки в Дмитриевской и Голуметской волостях прошли без дальнейших осложнений и в полной мере.

При сем прилагаются два заполненных бланка по регистрации восстаний в Черемховском уезде.

III. Иркутский уезд.

Восстание в Иркутском уезде из 24 волостей охватило лишь одну Усть-Балейскую волость. Это восстание в организационном отношении находится в теснейшей связи с восстаниями в Балаганском уезде, откуда со специальной целью поднять восстание прибыл некто Охотин, интеллигент, учитель, бывший унтер-офицер, видный участник восстаний в Балаганском уезде, именующий себя социалистом-революционером и действовавший среди крестьян в качестве такового.

Находясь в связи с кулачеством и пользуясь поддержкою его, Охотин созывает сходы, на которых злостно провоцирует политическое состояние советской власти в сибирских центрах, убеждает крестьян в том, что повсеместно уже крестьяне восстали против советской власти и с оружием в руках успешно отстояли отмену мобилизации, разверсток и других повинностей. Именуя себя представителем вновь образовавшейся крестьянской власти, Охотин призывает крестьян вооружиться, образовывать дружины и с оружием в руках отстаивать свою крестьянскую власть. Вскоре созывается сход с участием крестьян из ближайших сел и деревень, на сходе образовывается дружина численностью свыше 150 человек, из которых до 60 вооружены трехлинейками и берданками. В течение 2–3 дней названная дружина под командой выборных начальников — унтер-офицеров — заняла села Горохово и Степаново, но 27 октября, столкнувшись с особым отрядом губчека и потерпев неудачу, белая банда оставила села, частью ушла в тайгу по направлению к Балаганскому уезду, в район развивавшихся там восстаний, частью участники этой банды были арестованы (до 15 человек) и отправлены на суд в село Тальяны Балаганского уезда, где действовала выездная сессия ревтрибунала.

Таким образом в данном районе восстания — в Усть-Балейской волости — не было присутствия белых банд из квалифицированной белогвардейщины и восстание следует отнести, в отношении участников его, исключительно за счет местного крестьянства.

Наиболее горячее участие как в организации восстания, так и в руководстве им приняли подлежавшие мобилизации унтер-офицеры, большинство из местного кулачества, также и должностные лица местных органов власти. Лозунгами восстания были «Долой разверстку, долой мобилизацию, долой коммунистов!»

Одной из главных причин восстаний, на основании имеющихся материалов, следует признать общее крайне неудовлетворительное состояние органов советской власти на местах: в волостях, по деревням и селам. Во многих волостных ревкомах и в большинстве сельских ревкомов в качестве членов состоят или явно контрреволюционные элементы из кулачества, или крестьяне, которые подпали под влияние кулаческих элементов как более образованных и имеющих административно-хозяйственный опыт. В целом ряде ревкомов отмечалось и такое явление, когда в должности секретаря устраивался скрывающийся от советской власти контрреволюционер из офицеров или чиновников.

В волостях, где существуют комячейки, где органы власти состоят из бедноты или середняка, положение совершенно иное: провокационная агитация не имеет успеха, с дезертирством на местах власть успешно справляется, разверстка выполняется удовлетворительно. Есть целый ряд волостей в Иркутском уезде, которые являются образцовыми как по организации местной власти, так и по выполнению государственных повинностей, так равно и по политической работе.

Одною из побудительных причин к открытому вооруженному протесту или к выражению в той или иной форме крайнего недовольства повсеместно отмечается весьма неудовлетворительное состояние советской продовольственной работы на местах, где практическое руководство и выполнение разверстки в целом ряде волостей и селений проходит под знаком возглавления этой работы местными ревкомами, состоящими преимущественно из имущих слоев деревни.

В общем восстание в пределах Иркутского уезда ограничилось одною Усть-Балейской волостью — селом Гороховым, явилось в результате злостной провокационной агитации, было в тесной связи с восстаниями в Балаганском уезде, не распространилось на другие волости и ликвидировано в течение 2–3 дней небольшим отрядом губчека в 35 человек, из коих два в боях при занятии села Горохово были ранены. Арестованных по делу восстания в Усть-Балейской волости было около 15 человек. Наиболее активные элементы из действовавшей банды, также все ее руководители не пойманы и скрылись в тайгу.

При сем прилагается заполненный бланк для регистрации восстаний под №№ 1, 2.

IV. Верхоленский уезд, Эхирит-Булагатский аймак.

Первое сообщение о белой банде в пределах Верхоленского уезда относится к последним числам октября месяца, т.е. к моменту, когда белогвардейщина была уже сломлена и подавлена в других уездах губернии.

29 октября белая банда численностью в 50 с небольшим всадников под командою известного в уезде бандита из промышленников, старого контрреволюционера Черепанова появилась в Харбатово и увела с собою двух коммунистов (впоследствии были убиты) — председателя Ленского хошуна Сотникова и продагента Рожкова. Банда эта образовалась задолго до выступления и, не проявляя активности, скрывалась в тайге. В банду входили бежавшие из увоенкомата офицеры Яковлев и Шелковников, быв. продагент Карташев, также из офицеров. С разгромом Балаганского фронта банда пополнилась беглецами оттуда. В первых числах ноября банда оперировала в пределах Эхирит-Булагатского аймака. 11 ноября имела удачное для себя столкновение с разведкой красного отряда из Верхоленска, причем со стороны отряда красных погибло 7 чел. и в руки банды попало 17 лошадей. После этой небольшой удачи банда Черепанова оставляет Эхирит-Булагатский аймак и через Манзурскую волость направляется на Верхоленск, но, имея неудачное для себя столкновение с гарнизоном Верхоленска, отступила в тайгу.

К этому моменту в пределах Усть-Куленгской волости появляется вторая банда, возглавляемая быв. комиссаром Временного сибирского правительства Николаем Большедворским и быв. капитаном Языковым. В пределах названной волости банда мобилизует крестьян и достигает численности не менее 100 чел. 20 ноября после непродолжительной перестрелки банда оставляет деревню Житово и также исчезает в тайге, причем с этого времени утрачивается связь с обеими бандами.

В уезде появлялись и мелкие банды, но при появлении красных отрядов исчезали. Первого декабря в пределах Илгинской волости была задержана такая банда в 12 человек во главе с Шипицыным. Мобилизованные крестьяне и отчасти дезертиры покинули банду и вернулись в свои деревни. Преследование банд продолжается.

Таким образом, в пределах Верхоленского уезда широкое повстанческое движение крестьянских масс не имело места, а оперировали две банды по составу преимущественно из скрывающейся белогвардейщины. Крестьяне, среди которых хотя и преобладает антисоветское настроение, относились тем не менее отрицательно к этой контрреволюционной авантюре и не оказывали банде существенной поддержки.

Надлежит признать, что слабая деятельность органов ЧК допустила возможность существования в уезде старой чрезвычайно активной контрреволюционной организации, возглавляемой Черепановым и бежавшим офицерством, которая провела ряд побегов контрреволюционеров из тюрем [и] этапа во время пути, организовывала побеги офицеров со службы, подготовляя банду еще с лета, учинила ныне попытку захвата г. Верхоленска и уезда. Не подлежит сомнению, что банда была в связи с другими тайными организациями и приурочила свои боевые операции к моменту общих событий в губернии.

V. Киренский уезд.

Крайняя отдаленность Киренского уезда является причиной отсутствия к данному времени каких-либо информационных материалов об имевших там место событиях.

В первой половине ноября м[еся]ца в пределах Казачинской, Мартыновской и Макаровской волостей появилась небольшая белая банда с намерением поднять восстание в названных волостях и продвинуться к Киренску с целью захвата его. К этому времени органом ЧК была обнаружена в пределах Киренского уезда обширная организация антисоветского направления крестьянского союза, руководимая членами ПСР. Телеграфная сводка отмечает установленную связь между этой организацией и событиями в трех упомянутых выше волостях.

В Казачинской и Мартыновской волостях банда численностью до 60 человек разоружила комячейки, продотряды и милицию, принимая меры к распространению повстанческого движения на другие волости. По телеграфному сообщению из Якутска, восстание в Киренском уезде находилось в связи с восстанием в Олекминском уезде Якутской губ., где разгром белогвардейщины раскрыл обширный заговор в Ленском крае, включая сюда и Киренский уезд.

Телеграфные сводки настоящего времени сообщают о ликвидации восстания в Киренском уезде и о бегстве банд в тайгу.

VI. Н[ижне]-Удинский уезд.

В районе Братск — Мамырь в первой половине ноября м[еся]ца появились мелкие белогвардейские банды, скрывавшиеся в тайге, не проявлявшие себя активно и по всей вероятности бежавшие после разгрома белого фронта в Балаганском уезде. Преследование банд и вылавливание их продолжается.

VII. Селенгинский уезд.

В районе уезда белых банд, равно и крестьянских восстаний, не отмечено. На почве опубликованной декларации ДВР о границах буферного государства и спорного положения Кударинской волости в этом отношении в этой последней имели место волнения вследствие нежелания крестьян, причислявших себя к ДВР, выполнять советскую разверстку. Принятыми мерами осложнения устранены и состояние уезда нормально4.

[Подписи отсутствуют]

 

ЦХДИО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 38. Лл. 17–22. Машинописный отпуск.


Назад
© 2001-2016 АРХИВ АЛЕКСАНДРА Н. ЯКОВЛЕВА Правовая информация