Архив Александра Н. Яковлева

Ввиду создавшегося положения в уезде [из-за] выступления белогвардейских банд в районе Голуметской, Алятской, Идинской волостей, Троицкого завода, Аларского хошуна и Дмитриевской волости Балаганского уезда и прилегающих к ним волостей Гымыльской, Бажеевской, Георгиевской, Олонской и др. выборы в советы носят характер нежелания выбирать под широкой пропагандой кулачества против советской власти, что отразилось на большинстве беднейшего населения: запугивание и боязнь принимать горячее участие в выборах. Но, несмотря на это, в некоторых волостях созданы волисполкомы коммунистические, как-то: [в] Холмогойской, Волынской, Бельской, Гымыльской и в некоторых других. Прошло [в] волисполкомы по одному коммунисту или сочувствующему.

По 1 ноября представлены по 9 волостям материалы по проведению предвыборной кампании [и кампании по] выборам сел. [и] волисполкомов.

В Голуметской волости выборы закончились до занятия ее белыми бандами. Когда Голуметь была занята бандами, вновь избранные сельский совет и члены волисполкома перешли на сторону белых банд, некоторые способствовали им. Ввиду чего некоторые члены сельсоветов, волисполкома арестованы за их деятельность; которые и остались, не так благонадежные, [не]которые [из них] подлежат аресту. На основании такого положения в Голуметскую волость послан инструктор, [чтобы] после освобождения от банд вновь организовать волревком и сельревкомы в обществах, в которых сбежали председатели сельисполкомов, впредь до особого распоряжения, так как в этом районе еще не окончены военные операции по вылавливанию белых банд, которые углубились в тайгу.

Прилегающие к тайге деревни и хутора ограблены белыми бандами, [которые] угнали скот, забрали хлеб, отобрали и теплую одежду. В самой Голумети растерзано белыми бандами семь челов[ек] коммунистов и сочувствующих. Зверскому избиению подверглась районный инструктор РКП тов. Ясинская, которую раздетой водили по улице, насиловали, вырезали груди и т.д. Некоторым членам волревкома и РКП удалось бежать, их имущество подверглось ограблению: скот, домашний инвентарь и одежда.

В Идинской волости не представляется возможным провести предвыборную кампанию и выборы. 18 октября было кулаческое восстание. Целью организации восстания была опытная рука эсеровщины и остатки колчаковского офицерства¹. 17 октября вечером вблизи села Каменки было обнаружено тайное собрание крестьян. 18-го был самостийный волостной съезд, на который собралось более 2000 челов[ек]. Село было оцеплено крестьянской конницей кругом. Видя разъяренную толпу, милиция и волревком и другие сели на катер, переехали на другую сторону Ангары в с. Беданово. Столкнувшись и на другой стороне с дозорами [крестьян, они] стали отступать до Черемхово. В толпе слышались выкрики: «Дайте нам предволревкома Шишкина, мы с ним расправимся, а затем [будем] выбирать народную власть, довольно нам слушать комиссарские декреты!»

Собравшаяся толпа, видя отсутствие членов волревкома, якобы очутилась без власти, избрала свой новый волревком из известных местных кулаков, который и был утвержден уревкомом, или заключили мир с крестьянами Идинской волости, ввиду неимения вооруженных сил для подавления [восстания]². Но затем к новому волревкому предъявили требования выслать всех мобилизованных и сдать оружие, находящееся у населения, какового приказа [он] не выполнил, и предволревкома был арестован, не предъявляя [к нему] более основательных требований [о] выполнении разверстки.

28 октября получено отношение от волревкома, что он без ведома уезд[ной] изб[ирательной] комиссии произвел выборы сельских советов и на 31 октября назначен волостной съезд советов. Уезд[ная] избирательная] комиссия и уревком приказали Идинскому волревкому волостного съезда не созывать и все выборы признали незаконными и недопустимыми. Впредь до особого распоряжения должен остаться волревком, покудова не будет произведена чистка — оздоровление всей волости от ненужного элемента. В противном случае создадутся кулаческие советы для развития контрреволюционного съезда.

Такая волна восстаний охватила и другие волости уезда, как, [например,] Кутуликскую. В 12 верстах от Кутулика [в] дер. Табарсук 24 октября было тайное ночное собрание крестьян этого общества, на котором обсуждался вопрос [о] невыполнении разверстки, нарядов подводной повинности и другие. Были вопросы об уничтожении всех стоящих у власти коммунистов. Первыми были ими арестованы местные коммунисты, [которые] на другой день были освобождены. Один из арестованных пропал без вести. Но среди них получился раскол: [они] пришли к тому, что выбрали делегацию в волревком, чтобы завтра же был созван волостной съезд, якобы для правильного распределения разверстки.

Не имея вооруженных сил в Кутулике, таковой съезд [нами] был разрешен. На означенном съезде были представители от тайной организации. Первый день съезда был очень бурный. Кричали безалаберно. Тут можно было слышать: «Долой коммунистов!» — и останавливались на самых мелочных вопросах. Каждый вопрос в отдельности разбирался по косточке³ и [предъявлялось] обвинение партии в целом: «Коммунисты говорят, [что] советская власть — власть народная. Нас, беспартийных, не допускают к власти и с нас все берут, нам ничего не дают, как-то: желез[ной] посуды, мануфактуры, кожи, когда мы босы и т.д.».

Второй день съезд был более спокойный. Пришли к тому заключению, чтобы выбрать делегацию от съезда с наказом ходатайствовать перед губревкомом о снятии части разверстки и удовлетворении местных нужд, и об удовлетворении снятия четырехфунтового обложения за размол⁴. На тайных собраниях присутствовали представители из Балаганска: какой-то фельдфебель и еще один (личность второго не выяснена). Также организован был отряд в 70 челов[ек] из местных унтер-офицеров, подлежащих мобилизации, и казаков Головинской волости, которые и руководят организацией банд.

С 18 октября жившие в Кутулике [и] не имевшие вооруженного отряда все члены и кандидаты РКП были мобилизованы. Днем занимались в учреждении, ночь — на казарменном положении: несли караульную службу, охрану Кутулика, высылали дозоры в окрестности, выставляли заставы и [делали] обход по Кутулику, ожидая набега банд и восстания местного населения.

В некоторых волостях оказались избранными в сельские советы и волисполкомы, а также представителями на волостные и уездные съезды унтер-офицеры, подлежащие мобилизации. Начинаются ходатайства, должны ли являться подлежащие мобилизации, которые избранные представителями на волостные и уездные съезды. Каковое разъяснение было сделано всем волисполкомам. Большая часть унтер-офицеров перешла на сторону белых банд, которые ведут разложение среди крестьянства.

Все недовольство советвластью, повлекшее повстанческое движение, — разверстки, которые страшно беспокоят крестьянство: хлебная, мясная, фуражная, овощная, масляная, яичная, которую не могут усвоить на местах. Беднейшее крестьянство якобы поставлено на норму пайка, т.к. разрешается размалывать тринадцать пудов в год на едока, а также [практикуется] взятие за размол четырехфунтов[ого] сбора. <...>

К этим всем пунктам присоединяется мобилизация командного состава унтер-офицеров и мобилизация очередных годов [18]99–1[9]00, которые не желают быть мобилизованными в ряды Красной Армии. Таким положением воспользовались остатки колчаковской реакции, скрывавшиеся в тайге, рассыпавшиеся по деревням и селам, ведя свою гнусную агитацию. [Сказалось] еще и то, что Иркутская губер[ния] была в более привилегированном положении во время Колчака, не перенесла известного натиска и издевательства. Реакция питала надежду на поддержку со стороны крестьян Иркутской губ.

К 1 ноября повстанческое движение в районе Черемховского уезда было ликвидировано и частью перенеслось в Балаганский уезд: от Иркутской волости вдоль по Ангаре [в] Евсеево, Верхне[-Середкино] и Нижне-Середкино, Усть-Осу. Чем кончатся все операции, мне будет неизвестно. Находящиеся в Черемховском районе отряды по ликвидации восстания углубились в район Балаганского уезда. После ликвидации повстанческого движения частью стали выполняться разверстки, что, с одной стороны, подействовало на крестьянство: поступает во всем районе хлеб, фураж и др. продукты. Также увеличился приток [в] увоенкомат подлежащих мобилизации унтер-офицер[ов] с [18]99–1[9]00 гг. [рождения. Они] бросают свои повстанческие отряды, добровольно являются в мобилизационный отдел.

[Для того, чтобы разобраться] со всем пережитым повстанческим движением в уезде, после его ликвидации, необходимо было бросить лучшие партийные силы в уезд для разъяснения крестьянству и агитации ради него: кто руководил восстанием, во что оно вылилось. Упартком в этом отношении ничего не предпринимал, не собирался мобилизовать хотя бы средние силы для посылки в уезд, т.к. довольно опытных тов[арищей] в уезде совершенно не имеется, на что был запрошен губком [РКП(б)], который тоже ответил отказом и по настоящее время работников не выслал. Председатель упарткома тов. Зверев не подготовлен и неопытен, не может руководить работой в уездном масштабе, во всех отношениях чувствуется слабость. Также чувствуется слабость и недисциплинированность во всей партийной организации. Общие собрания посещаются вяло, не все члены являются на очередные собрания; несколько собраний не состоялось. Приходило на собрания до 10–15 человек, когда членов и кандидатов в Кутулике до 70 человек. Собрания состоятся⁵ с половинным количеством членов и одной трети, каковые явления недопустимы.

Никакие меры со стороны упарткома не принимаются, нет строгой партийной дисциплины, которая сказывается на всей работе уезда. Никакой партийной работы не ведется, все выборы сводятся к нулю. Женотдел также не проявляет своей работы, работы среди крестьянок незаметно, да она и не была проявлена, т.к. нет руководителей ее. Заведующая женотделом тов. Белобородова слаба и не подготовлена. КСМ также бездействует. Имеются инструкторы, которые ездят по уезду произвольно, безо всякого контроля упарткома. Во всей работе упарткома требуется известный толкач, который бы мог направить работу в уездном масштабе, и имелся бы авторитет упарткома, каковой в настоящее время отсутствует.

Чувствуется полная оторванность от Черемховского угольного района, который чувствует себя автономно, не подчиняясь упарткому, желает подчиняться непосредственно губернии. На что прошу обратить внимание губкома, дать одного опытного товарища для руководства работой уезда, а также и Сиббюро ЦК, дабы поставить на должную высоту перечисленную работу.

При сем прилагаю копии докладов н[ачальни]ка уездной милиции Кастюрина, члена уревкома Лебедева и уполномоченного райпродкома Плотникова.

Инструктор-организатор А. Тетерин

ГАНО. Ф.р. 1. Оп. 2. Д. 20. Лл. 14–17. Автограф.