Архив Александра Н. Яковлева

1920 года сентября 20 дня в 8 часов вечера отряд бандитов под командой Лубкова численностью в 100 человек, хорошо вооруженных, внезапно окружил вверенный мне район, где в тот момент находился я с канцеляристами и двумя милиционерами, дежурными по району. Освещения в канцелярии за неимением горючего материала не было. В канцелярию вбежало человек 50 бандитов с ружьями наизготовку и бомбами; с криком «Руки вверх!» [они] обезоружили милицию. Остальная же часть бандитов в тот же момент кинулась к квартирам моих помощников и милиционеров, которых тоже обезоружили, арестовали и привели в район, где находился сам Лубков, который приказал всем милиционерам (за исключением милиционера Никишина, который пошел добровольно к нему) следовать за ним. Но мною при участии моего помощника тов. Акимова удалось уговорить оставить команду до утра, мотивируя тем, что казенные лошади находятся в поле, которых Лубков требовал найти, и приготовить одежду, на что Лубков согласился. После чего он с отрядом выехал на дер. Теплая Речка, где его штаб, а мне с оставшимися было приказано утром 21 сентября выехать в д. Орловку обезоружить комячейку, доставить [ее членов] в Т[еплую] Речку, а председателя ячейки расстрелять. Волостному же исполкому (Колыонскому) приказано с 21 сентября начать по волости мобилизацию в таком порядке: оставить в семье одного мужчину, а остальных в возрасте от 16 лет выслать в Т[еплую] Речку, объявив, чтобы они забирали с собой одежду, а также и оружие.

В 11 часов ночью мною были посланы два нарочных: один в г. Томск, а другой — на Анжерские копи. Я же с помощником Акимовым, милиционерами и волостным комиссаром т. Смоляниновым утром выехал в с. Ишим Томского уезда, где присоединились к начальнику милиции 8-го района, который вызвал комячейки, заняли позицию и находились до прихода из Томска правительственного отряда. По прибытии из Томска отряда я со своей командой присоединился к отряду и выехал в с. Колыон. Казенное имущество, вещественные доказательства бандитами уничтожены, т.е. взяты с собой, а канцелярия, книги и бумаги — частью уничтожены. Отрядом Лубкова взято только 4 винтовки (неисправные) и один револьвер, остальное же оружие было взято моей командой. Помощник мой тов. Андреев, милиционеры Мельников, Синьков и Ганзюк находились в командировке, которые до сего времени не прибыли и сведений о них нет, а также неизвестна участь милиционеров Шайдера, Журавлева и Боровикова, которые в момент нападения банды скрылись.

Лозунг Лубкова — «Бей коммунистов и евреев». Мобилизация производилась под давлением оружия и угроз сжечь села и бить [несогласных]. По полученным сведениям, крестьяне села Т[еплая] Речка (татары) с оружием добровольно примкнули к Лубкову, а также большинство граждан сел Святославского, М[ало]-Песчанского, но в тех же селах и в Почитанской вол. произведена насильственная мобилизация. <...> № 42.

Начальник 6[-го] района Мариинской уезд. р.-кр. сов. милиции Ионов

РГВА. Ф. 17534. Оп. 1. Д. 70. Лл. 205, 206. Рукописный подлинник.