Фонд Александра Н. Яковлева

Архив Александра Н. Яковлева

 
ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АНТИСЕМИТИЗМ СССР
Голда Меир - глава первой династии Израиля в Москве
Документ №124

Советская разведывательная информация о выступлении Г. Меир в Риме

24.02.1949
Совершенно секретно

Перевод с английского

ОБЗОР

выступления в Риме посланника Израиля в Москве МЕЕРСОН о советско-израильских отношениях и о положении евреев в Советском Союзе

Гольда Меерсон, посланник государства Израиль в Москве, 4 января, по пути из Тель-Авива в СССР, была в Риме. Вечером того же дня она встретилась в консульстве государства Израиль в Риме с небольшим числом представителей Израиля в Италии и разговаривала с ними больше часа, главным образом отвечая на поставленные вопросы.

На первый вопрос, заданный ей одним из представителей, членом партии МАПАМ, что нового она привезла из Советского Союза, Меерсон ответила: «Я была уверена, что вас скорее будет интересовать вопрос о Палестине».

Затем она начала говорить о военном положении в Негеве. Касаясь военных действий, она ничего не сказала нового из того, что уже известно народу из сообщений прессы. Тем не менее, касаясь политического фона войны в Израиле, Меерсон остановилась на нескольких важных моментах. Несмотря на то, что правительство США послало ультиматум правительству государства Израиль, требуя отзыва еврейских войск из Египта и угрожая дипломатическими санкциями в случае, если это будет осуществлено, Меерсон доказывала твердо и с уверенностью, что подобный шаг со стороны США несовместим с нынешней последовательно просионистской политикой Соединенных Штатов Америки. Она сказала, что Великобритания пыталась вовлечь государство Израиль в запутанную игру между арабскими государствами и Англией, но США не захотели поддерживать это начинание англичан. Она добавила: «Только вы не знаете, на что способна Англия для того, чтобы поставить нас в самое тяжелое положение».

Затем Меерсон сказала, что между государством Израиль и Абдулой, королем Трансиордании, еще существует связь и что, возможно, что эта связь будет еще теснее. Она оспаривала мнение о том, что Абдула, безусловно, является английским агентом. Она сказала, что Абдула является сейчас орудием в руках англичан, но что никто не может утверждать, что он не смог бы изменить свою политику, если бы он получал такую же помощь от другой державы.

Меерсон указала также, что существует связь с Ливаном, и можно надеяться, что Трансиордания будет оказывать влияние на Ирак с тем, чтобы убедить последний в необходимости мирных переговоров. Было очевидно, что Меерсон создает впечатление у своих слушателей, что война в Палестине скоро придет к концу.

На вопрос, что она может сказать в отношении провала государства Израиль, когда вопрос стоял о его включении в состав ООН, Меерсон ответила, что она не может назвать это «провалом», в то время как другим великим государствам, например Италии, также было отказано в этом. Она делала упор на значение Аргентины и Колумбии, голосующих за прием Израиля, и выразила надежду, что рано или поздно Израиль сам обеспечит себе прием в ООН. Затем Меерсон указала на то, что именно Франция не дает возможности добиться благоприятных для Израиля результатов при голосовании. В связи с этим она напомнила, что президент ТРУМЭН пригласил французского посла в Вашингтоне и просил голосовать в Совете за них. Когда позднее делегация Израиля спросила ШУМАНА, почему Франция не согласилась с предложением США, он ответил, что действительно с такой просьбой они обращались, но у французского правительства создалось впечатление, что этот вопрос не является основным элементом в американской политике.

Что касается вопроса эмиграции в Израиль из Восточной Европы, Меерсон сказала, что в Чехословакии положение в этом отношении вполне удовлетворительно. Что же касается Польши, можно сказать то же самое, однако «Палестайн оффис» в Варшаве был закрыт. Однако, как сообщил ей в Париже посланник Израиля в Варшаве, этот шаг ничего не имел общего с продолжением эмиграции из этой страны в Израиль. В Югославии и Венгрии положение с эмиграцией было благоприятно. Из Болгарии немногие евреи уехали в Израиль. Что касается Румынии, то Меерсон сказала, что там положение очень серьезное и напряженное, и никто не может сказать, что произойдет там позже. Она сделала упор, однако, на то, что во всех странах Восточной Европы только евреи, эмигрирующие в Израиль, получают паспорта. В заключение Меерсон отметила, что евреи из этих стран должны быть отправлены в Израиль как можно скорее, ибо в обстановке должны произойти изменения.

Меерсон затем выступила против заявлений печати о том, что эмиграция евреев из Советского Союза была допущена в некоторых размерах. Она ответила, что эти заявления ни на чем не основаны. Она сказала присутствующим, что по поводу ее поведения в Москве мнения могут разделиться, однако она может гордиться тем, что в первую же субботу после прибытия в Москву она пошла в синагогу. Меерсон показала присутствующим ряд фотографий, сделанных ею лично, на которых видна толпа, идущая по направлению к синагоге. К этим фотографиям Меерсон добавила, что визит в синагогу явился для нее большой сионистской демонстрацией советских евреев. Она сказала: «Это замечательные евреи — возможно наилучшие». Около 40 000 евреев приняли участие в демонстрации. Советские власти послали полицию для наведения порядка среди толпы. Энтузиазм был огромен, и прием, оказанный ей и ее коллегам, был чрезвычайно теплым. Советские евреи очень привязались к Израилю и гордятся тем, что их страна оказывает некоторую помощь евреям Палестины и первая признала Израиль. Меерсон напомнила, что синагога является единственным местом сбора для советских евреев, по крайней мере, в Москве. Затем она прочитала письмо, полученное ею от одного московского еврея, подписавшего свою фамилию Бен-Давид. Письмо было написано по-еврейски и содержало пожелания первому посланнику Израиля в Москве, пожелание процветания еврейскому государству. Автор письма делает упор на то, что только советские евреи, граждане единственной свободной страны в мире, смогут понять, что такое свобода и независимость. Автор письма подчеркивает также, что сам факт признания Израиля его правительством не является чем-то случайным, а есть следствие глубоких идеологических принципов, на которых построено Советское государство.

На вопрос, что она может сказать в отношении Биробиджана и еврейской эмиграции в этот район, Меерсон ответила, что она там не была, т.к. из-за дальности расстояния между Западом и Востоком некоторые авиалинии Советского Союза закрыты для иностранцев. Биробиджан, к несчастью, находится на одной из таких линий, и если она не смогла поехать туда, то это объясняется не тем, что Биробиджан является еврейским районом, а тем, что авиалиния закрыта. В отношении еврейской эмиграции в Биробиджан Меерсон иронически заметила, что ее предположения базируются на сообщениях еврейской печати Советского Союза относительно того, что не слишком много евреев туда едет.

Отвечая на другие вопросы, Меерсон сказала, что Еврейскую миссию в Москве посещает очень мало евреев, в столице нет еврейских школ, но что такие школы имеются в Биробиджане, еврейский язык как предмет в школах Советского Союза не изучается, еврейский театр в Москве очень плохой, сионисты до сих пор еще находятся в тюрьмах.

В течение всего разговора Меерсон не упоминала о роли Советского Союза в палестинском вопросе и даже не высказала ни одного учтивого слова по отношению СССР, что обычно характерно для дипломатов.

Надо полагать, молчание Меерсон было попыткой дать понять слушателям, что если бы она и высказалась, то это было бы, безусловно нелестным (по адресу СССР).

До сих пор много разговоров об этой беседе. Конфиденциальные сообщения, исходящие из кругов МАПАЙ и МАПАМ, указывают на то, что в сионистских кругах вообще предполагают, что миссия г-жи Меерсон в Москву потерпела полный провал. В частности, в этих кругах указывают, что посещение синагоги явилось серьезной тактической ошибкой со стороны Меерсон. Некоторые сионисты вынесли даже заключение, что статья ЭРЕНБУРГА о сионизме и Израиле явилась как бы ответом на этот неудачный шаг Меерсон.

Один из членов МАПАЙ, заслуживающий доверия, заявил, что Меерсон в узком кругу своих друзей выражала глубокое недовольство своим назначением в качестве посланника в Москве. Говорят, что она якобы заявила о том, что в Москве она абсолютно изолирована и принадлежит к тем дипломатам, за движением которых следят. Тот же источник, близкий к МАПАЙ, заявил, что Меерсон в настоящее время возвращается в Москву только на некоторое время и что затем она вернется обратно, оставив вместо себя НАМИРА, нынешнего советника миссии. Из вполне достоверного источника, принадлежащего к МАПАМ, сообщают, что Гольда Меерсон, будучи недавно в Париже, выразила желание сопровождать ШЕРТОКА, который предполагал дать интервью членам советской делегации в ООН. ШЕРТОК, боясь, что ее присутствие во время интервью может вызвать затруднения, отказался удовлетворить ее просьбу.

ЦАФСБ РФ. Архивная коллекция составителя. Копия.


Назад
© 2001-2016 АРХИВ АЛЕКСАНДРА Н. ЯКОВЛЕВА Правовая информация