Архив Александра Н. Яковлева

Сов. секретно

Сообщаем запись беседы министра иностранных дел Англии ИДЕНА с польским послом в Лондоне от 18 августа с.г. Запись беседы получена Разведуправлением НКВД СССР из Лондона агентурным путем.

«1. Сегодня днем, по поручению генерала СИКОРСКОГО, ко мне приходил польский посол в Лондоне с тем, чтобы переговорить о трудностях, с которыми приходится встречаться польскому правительству в результате заключения советско-польского соглашения и последних событий.

2. Он сказал, что, поскольку, вероятно, в ближайшее время ему будет поручено руководство внешней политикой Польши, он попытается сейчас подробно охарактеризовать мне эти трудности. Польское общественное мнение, как здесь, так и в Польше, несомненно было встревожено заключением советско-польского соглашения. Поляки вообще рассматривают вступление СССР в войну как положительное явление, не только потому, что эта война ляжет тяжелым бременем на немецкие ресурсы, но и потому, что СССР в результате ее будет ослаблен. Поляки понимают, что превращение СССР в союзника несколько отбрасывает Польшу и польские интересы на задний план. Говоря откровенно, у поляков сложилось общее впечатление, что заключение советско-польского соглашения скорее ослабило, чем укрепило позицию Польши против СССР в отношении польских восточных границ. В довершение всего была опубликована объединенная англо-американская декларация, которая своим подчеркиванием принципа самоопределения разочарует поляков также и в отношении их западных границ. Данциг несомненно германский город, но по экономическим принципам он важен для Польши, и до тех пор, пока немцы будут находиться в Восточной Пруссии, польскую западную границу с военной точки зрения почти невозможно защищать. Мораль польского населения все еще не надломлена, однако впервые сейчас появились признаки, что германская пропаганда начинает занимать линию, которая может найти некоторый успех у поляков, то есть что союзники хотят сделать из Польши русского раба.

Посол предложил, хотя он и не хотел в настоящее время настаивать на этом пункте, чтобы правительство его величества выступило бы с каким-либо публичным заявлением или обратилось бы к польскому правительству с представлением, в том смысле что оно не имеет намерения настаивать на строгом применении принципа самоопределения за счет исключения других соображений, таких как экономика и оборона. Он вынужден откровенно заявить, что совместная англо-американская декларация вызвала у польского общественного мнения дурные предчувствия.

Я сказал графу РАЧИНСКОМУ, что мы всегда рады выслушать все, что он может сказать о взглядах польского правительства.

По моему мнению, маловероятно, чтобы президент и премьер-министр при составлении своей декларации имели в виду польские границы. Правительству его величества будет очень трудно наводить сейчас какой-то глянец на декларацию в смысле, желательном для польского правительства, за исключением, может быть, толкования в самых общих тонах; тем не менее я всегда готов глубже изучить этот вопрос совместно с послом.

Граф РАЧИНСКИЙ затем коснулся темы польского внутреннего кризиса, который генерал СИКОРСКИЙ надеялся разрешить очень скоро. Сейчас выяснилось, что включение в состав правительства членов национал-демократических партий невозможно. Генерал СИКОРСКИЙ все еще имеет неприятности с некоторыми своими коллегами в результате статьи в «Тайме» от 1 августа, и если бы я согласился выпустить коммюнике, проект которого граф РАЧИНСКИЙ вручил мне, это помогло бы генералу.

Я заявил ему, что хотя и согласен со всем тем, что написано в проекте, однако нахожу не совсем удобным затрагивать вопрос о статье в «Тайме» в официальном публичном заявлении. Тем не менее я могу написать послу письмо примерно того же содержания, что и проект. Я могу также попытаться убедить «Тайм» опубликовать другую статью, которая удовлетворит польское правительство. Я могу также подумать, следует ли мне в речи, которую я должен произнести в провинции 30 августа, сказать что-либо, чтобы сгладить впечатление, произведенное статьей в «Тайме». После этого я продиктовал и дал ему мое письмо, копия которого прилагается...»

К записи беседы приложен проект коммюнике и копия секретного письма, врученного СИКОРСКОМУ ИДЕНОМ. В обоих документах речь идет о том, что «Тайм» не является правительственным органом и не отражает официальной точки зрения британского правительства.

Начальник Разведуправления НКВД CCCР ФИТИН

Опубликовано: Очерки истории российской внешней разведки: В 6 т. Т. 4. 1941—1945 годы. М., 1999. С. 528—530.