Фонд Александра Н. Яковлева

Архив Александра Н. Яковлева

 
ГОЛОД В СССР. 1929–1934. Т. 2: Июль 1932 — июль 1933
Часть первая. Хлебозаготовительная кампания 1932 г. [Док. № 1–311]
Документ № 227

Докладная записка секретаря ЦК ВКП(б) П.П. Постышева И.В. Сталину «О ходе хлебозаготовок по Днепропетровской области»

04.01.1933

На 20 декабря план хлебозаготовок по Днепропетровской обл. был выполнен на 63,7 % (план 1 138 846 т, выполнено 725 156 т). За время с 20 декабря по 31 декабря было сдано 68 490 т, и таким образом план по области выполнен на 70,6 %.

По ознакомлению с ходом хлебозаготовок по отдельным районам мною совместно с Косиором и обкомом были намечены 4 района (Криворожский, Апостоловский, Магдалиновский и Генический), в которых сопротивление хлебозаготовкам было наиболее сильно и где выполнение плана стояло на особо низком уровне при высокой урожайности. Эти районы были особо выделены и по ним были приняты специальные решения (см. приложение)1.

При этом [по] особо выделенным районам выполнение плана хлебозаготовок проходило следующим образом: в Магдалиновском р. выполнение плана на 20 декабря составляло 53 %, а на 31 декабря — 68 %, в Апостоловском р. на 20 декабря составляло 63,3 %, а на 31 декабря — 73,1 %, в Геническом р. на 20 декабря 66,9 % и на 31 декабря — 71,7 %.

В районах нужно было заворачивать мозги коммунистов от переобмолота соломы и перевейки половы: а) к возврату расхищенного хлеба; б) к срочному окончанию обмолота остатков необмолоченного хлеба; в) к немедленной вывозке всяких фондов, в т.ч. и семенных.

Несмотря на конец декабря, в целом ряде колхозов имелся необмолоченный хлеб. Так, например, по Магдалиновскому р. на 20 декабря было еще 2900 га необмолоченного хлеба. Из 88 колхозов этого района 35 колхозов к 20 декабря еще не закончили обмолота. Между тем в этом районе из 124 имеющихся молотилок работало не более 64. Работа шла в одну, и то неполную, смену, и вообще никакого внимания организации обмолота со стороны районного руководства не было.

Сплошь и рядом райпарткомы и райисполкомы даже не знали об имеющемся в том или ином колхозе необмолоченном хлебе. Так, например, в колхозе «Червонна Украина» имелось 200 га необмолоченного зерна, а Криворожский райпартком и райисполком даже не знали о том, что в этом колхозе имеется еще необмолоченный хлеб. Точно так же в колхозе «Ильича» имелось 160 га необмолоченного хлеба, а Апостоловский райпартком и райисполком совершенно не знали об этом. Аналогичные факты имели место и в Геническом р., где в одном колхозе Рождественского сельсовета было обнаружено 300 га необмолоченного зерна, о котором районное руководство не знало.

Областная и районные партийные организации считали решающим источником выполнения остатка плана хлебозаготовок переобмолот соломы и перевейку половы. Однако переобмолот давал ничтожные результаты, примерно 1,5–2 пуда с га в среднем, а по отдельным колхозам и того меньше. Так, например, переобмолот соломы и перевейка половы по всему Апостоловскому р. могли дать не больше 900 т, в то время как остаток плана хлебозаготовок по этому району составляет 14 тыс. т.

В то время как областные организации делали особое ударение на переобмолот соломы и перевейку половы, они в то же время не ставили перед районными и сельскими партийными организациями в качестве основной задачи борьбу за возврат расхищенного и разворованного хлеба. Характерно, что в тех районах, которые были особо выделены (Криворожский, Апостоловский, Магдалиновский, Генический), местными органами и уполномоченными обкома почти ни одной ямы утаенного хлеба не было выявлено. Только за последнюю пятидневку декабря было обнаружено по Апостоловскому р. 250 ям утаенного хлеба, по Магдалиновскому р. 110, по Криворожскому р. 2 тыс. пуд. утаенного хлеба и т.д. В отдельные дни количество обнаруженных ям по Апостоловскому р. доходило до 70–80. По с. Котовка Магдалиновского р. в течение одного дня (29 декабря) было обнаружено 18 ям с утаенным хлебом.

Наиболее характерными методами утайки хлеба являются: разброска расхищенного хлеба по значительному количеству ям (2–5–10 пуд. в яме); хлеб прятали в колодцах (специальные углубления в деревянном настиле колодцев, над поверхностью воды); хлеб обнаруживали под крышами, в печах, в матрацах, в камыше, на поле и т.п.

Вместе с тем обнаруживались также и целые утаенные «черные» амбары. Так, например, в колхозе «Червонна степ» Апостоловского р. был обнаружен скрытый амбар со 125 ц хлеба. В колхозе им. Сталина Криворожского р. были обнаружены 2 «черных» амбара с 660 пуд. хлеба. В колхозе им. Молотова Генического р. обнаружен тайный амбар с 760 пуд. хлеба и т.д.

Следует отметить, что в каждом колхозе участвовали в расхищении и незаконном получении хлеба и правленцы, и административно-хозяйственный персонал колхоза (кладовщики, весовщики, завхозы и т.п.). Так, например, правление колхоза «Вильний» Апостоловского р. незаконно получило 8 ц хлеба. Председатель колхоза «Червонный Прапор» Магдалиновского р. Жук М.Г. в самом начале обмолота в порядке самоснабжения взял себе 35 пуд. хлеба.

Шоферы Ново-Алексеевской МТС (Генический р.) вошли в сделку с весовщиком и проводником хлеба колхоза «Червоний Сиваш» для систематического хищения хлеба. Они сами сознались, что таким путем расхитили 220 пуд. хлеба. В колхозе им. Ворошилова (Генический р.) 7 человек бригадиров, кладовщиков и членов правления занесли в озадки обмолот пшеницы с 20 га и поделили ее между собой. Часть раскраденного ими (200 пуд) выявлена и отобрана.

В последние дни началась сброска хлеба под заборы, на улицу и т.п. Так, например, по Каменскому сельсовету Апостоловского р. за последние 3 дня был 21 случай такой сброски хлеба. По Богдановскому сельсовету Магдалиновского р. было найдено 6 мешков зерна в камыше, 1,5 мешка на поле, 4 ц на берегу речки в лодке и т.п.

Одним из наиболее ярких проявлений сопротивления кулацких контрреволюционных элементов хлебозаготовкам являются факты сброски хлеба в колодцы, в проруби и даже в клозеты (Каменский сельсовет Апостоловского р.). Там же были обнаружены 2 случая сжигания хлеба.

Характерно, что областные организации не только не ориентировали райпарткомы и сельские партийные ячейки на вывозку семенного фонда, но даже оценивали в своем закрытом письме от 18 декабря стремление к вывозке семян как результат деятельности кулацкой агентуры. «Отдельные уполномоченные, — говорится в этом письме, — чувствуя свою беспомощность в организации хлебозаготовок, с легкостью тянутся к вывозу семенного фонда, а кулацкие агенты их к этому неустанно провоцируют».

Еще более резко формулирует ЦК КП(б)У запрещение вывозки семенных фондов в своем постановлении от 29 ноября 1932 г. В нем говорится: «Вывоз хотя бы части посевного материала должен допускаться только в особо исключительных случаях с разрешения обкомов партии и с одновременным принятием мер, действительно обеспечивающих пополнение этого фонда из других внутриколхозных источников. За самовольный вывоз, хотя бы частично, семенного фонда обкомы по отношению к РПК, а РПК по отношению к своим уполномоченным должны применять строгие меры взыскания и немедленно исправлять допущенные ошибки».

Такие же установки давались на кустовых собраниях районного актива, которые проводились за 2 дня до моего приезда и которыми была охвачена вся Днепропетровская обл.

В деле определения урожайности областные организации проявили не только незнание действительного положения дела в районах, но даже нередко проводили в этой области явно кулацкую вредительскую практику. Областная комиссия по определению урожайности и областной отдел ЦУНХУ определили по некоторым районам при установлении плана хлебозаготовок урожайность меньшую, нежели сами эти районы показали. Так, например, урожайность озимой пшеницы по Апостоловскому р. была районными организациями определена в 9,8 ц с га, а областной комиссией урожайность по этому району была установлена в 8,6 ц с га озимой пшеницы. По Магдалиновскому р. урожайность яровой пшеницы была определена самим районом в 6,1 ц с га, а областной комиссией — 4,9 ц. По Геническому р. урожайность озимой пшеницы была определена самим районом в 10,6 ц с га, а областной комиссией — в 9 ц. По Софиевскому р. урожайность ячменя была определена районом в 11,5 ц с га, а областной комиссией — в 9 ц и т.п.

Еще хуже обстояло дело с определением урожайности комиссиями сельсоветов и установлением урожайности районом по отдельным колхозам. Так, например, в Никопольском р. в одном и том же селе (Дмитровском) сельсовет показал урожайность на 10 июля по ржи по колхозу «Незаможник» в 5 ц с га, «Большевик» в 2,5 ц с га, им. Калинина в 1 ц с га, несмотря на то что все эти колхозы находились в абсолютно одинаковых климатических условиях. Район никак не реагировал на это явное жульничество и кулацкий обман, что дало возможность правлению колхоза «Незаможник» на 20 июля показать свою урожайность по ржи в 2 ц с га, вместо 5 ц с га, показанные на 10 июля.

По Никопольскому р. в колхозе «Шаврина» Григорьевского сельсовета комиссия установила урожайность озимой пшеницы в 2 ц с га. В колхозе «Путь Ленина» Шолоховского сельсовета — 3,4 ц с га, в колхозе «Аврора» Довгалевского сельсовета — в 4 ц с га и т.д. Районная комиссия и в этом случае оставила без проверки «показатели» урожайности, данные комиссиями сельсоветов.

Недопустимым образом были разверстаны областью по отдельным районам, а районами по отдельным колхозам те два снижения плана хлебозаготовок, которые Днепропетровская обл. получила. Область размазала это снижение по всем районам по принципу «каждой сестре по серьге» и при этом не оставила себе для исправления своих ошибок никакого резерва.

В Никопольском р. я наткнулся на такой чрезвычайно характерный факт. Никопольский райком и райисполком, получив в ноябре мес. уменьшенный районный план хлебозаготовок, разверстали это снижение по отдельным колхозам явно преступно, уменьшив изъятие в порядке хлебозаготовок с одного гектара для одних колхозов и установив повышенное изъятие (непосильное) для других.

Привожу наиболее яркие примеры: колхоз им. Шаврина имел до снижения районного плана изъятие в 5,4 ц с га, после снижения районного плана ему снизили изъятие до 2,5 ц с га; по колхозу «Бильшовик» соответственно — 4,5 ц и 1,9 ц с га; «Заповит Ильича» — 5,9 ц и 2,4 ц; «Незаможник» — 6,2 ц и 1,6 ц; «Червоний Орач» — 5,7 ц и 2,1 ц; им. Сталина — 6,3 ц и 2,2 и т.д. В то же время для других колхозов изъятие доходило до 8,5 ц с га.

В процессе работы были применены репрессивные меры в отношении единоличников, колхозников и отдельных колхозов, упорно не желавших выполнять свои обязательства. В отдельных колхозах, занесенных на черную доску, пришлось прибегнуть к крайней мере — высылке ряда колхозников из пределов области. Так, по колхозу «Коминтерн» Апостоловского р., состоящему преимущественно из кулацких (бывших столыпинских) хозяйств, было выселено 24 хозяйства. По колхозу «Красные казаки» Каменского сельсовета было исключено из колхоза и подлежат высылке 12 кулацких хозяйств, проникших в колхоз. В этом же сельсовете было выселено с конфискацией имущества 12 единоличных хозяйств, наиболее злостно не выполняющих свои обязательства по контрактации.

В ряде случаев приходилось прибегать и к отобранию скота. Так, по Каменскому сельсовету Апостоловского р. было отобрано 27 коров и 12 лошадей у колхозников и единоличников, у которых были обнаружены ямы с хлебом.

Необходимо отметить, что репрессивные меры, применявшиеся на протяжении хлебозаготовительного периода, не только не содействовали организации борьбы за хлеб, а нередко ударяли по хорошим колхозам, минуя действительно злостных саботажников, воров, петлюровцев и махновцев. Так, например, на черную доску были занесены колхозы им. Ворошилова и «Червонна Украина» Криворожского р., которые мною лично были посещены и оказались бедняцкими колхозами, состоящими из переселенцев, переселившихся в этот район всего лишь пару лет тому назад. Между тем районные организации, исходя из чисто статистических показателей выполнения этими колхозами плана, собирались их разгромить. Несмотря на то что на протяжении ноября-декабря мес. по области были применены репрессивные меры в отношении 4898 чел., никакого влияния на ход хлебозаготовок это не имело. Объясняется это тем, что репрессивные меры или били по тому, кого не следовало бить, или не доводились последовательно до конца. Так, например, в колхозе «Червонна Украина» Криворожского р. был осужден на 2 года председатель колхоза — организатор этого колхоза молодой, энергичный и бесспорно наш человек т. Капошкин за продажу двух пудов муки для приобретения досок и мешков для колхоза. По колхозу «Червонный колос» Котовского сельсовета Магдалиновского р. в начале обмолота была поймана с расхищенным зерном группа из 14 колхозников. Из них трое были осуждены на 10 лет (остальные вовсе не судились), из колхоза не были исключены и через 4 месяца отбытия наказания в Днепропетровском допре были отпущены домой и сейчас снова являются членами этого колхоза. По колхозу «Трудовик» того же сельсовета двое колхозников за кражу колосков были приговорены судом к 5 дням принудительных работ и 25 руб. штрафа.

Николо-Козельская МТС Широковского сельсовета Криворожского р., которую я лично посетил, засорена петлюровским и махновским элементом. Имея в наличии значительное количество тракторов и молотилок (директор Коваленко), не давала их колхозам, в результате чего колхоз «Червонна Украина» в течение 2 мес. не мог обмолотить 200 га хлеба и сдать государству. Эта же МТС преступно относится к ценнейшему инвентарю (прицепные орудия, дисковые бороны), оставляя его разбросанным по полям. Я, например, натолкнулся в Никопольской МТС на такой факт: руководителем этой МТС сидит некий Гунь, снятый 16 октября постановлением обкома с работы секретаря Магдалиновского райпарткома и переданный в облКК для обсуждения вопроса о дальнейшем пребывании его в партии за срыв посевной кампании, хлебозаготовок и за разложение. Этот тип на поставленный мной вопрос на активе Никопольского р., какова же роль МТС в организации хлебозаготовок, ответил: «Ничего не могу сказать по этому вопросу. Не могу сказать, каков был урожай, я его совершенно не видел, не имею представления и не интересовался. Об этом может сказать старший агроном, член партии Кириченко». Кириченко же, на которого ссылался и, очевидно, опирался Гунь, пришлось исключить из партии и выслать из пределов Днепропетровской обл. за дачу заведомо ложных сведений об урожайности и саботаж хлебозаготовок.

Из одного Б-Лепетихинского р. бежало 14 человек, посланных обкомом для усиления хлебозаготовок. Из Каменского на Днепре района бежало 5 работников, посланных обкомом для усиления хлебозаготовок.

Уполномоченный райпарткома по колхозу «Коминтерн» (Апостоловский р.), член партии Головин, просидев 2 мес. в этом колхозе, в котором всего 78 хозяйств, составил список кулаков, подлежащих выселению, в котором оказалось 2 бедняка, и составил список активистов колхоза, среди которых было обнаружено 12 кулаков. Этих кулаков через пару дней после составления списка так называемых «активистов» выслали за пределы Днепропетровской обл.

Уполномоченный райпарткома по Елисаветпольскому сельсовету Апостоловского р. Мишустин Б.Д., член партии с 1925 г., самовольно вернул раскулаченному, лишенному избирательных прав, исключенному из колхоза кулаку Дражке изъятое у него при обыске зерно.

Член партии Поддубный, заведующий Геническим райзаготзерно, уполномоченный райкома по Рождественскому сельсовету в период наиболее острой борьбы за выполнение плана хлебозаготовок поднял совершенно необоснованно перед районом вопрос о недосеве в колхозе «Парижская коммуна», занесенном на черную доску.

Присланный обкомом в качестве уполномоченного кандидат партии Вилый просидел 10 дней в колхозе «Вильне поле» Магдалиновского р. и не организовал никакой работы по обмолоту оставшихся необмолоченными 370 га хлеба, после чего был переведен в Кременевский сельсовет. На районном собрании он выступал с такими речами: «Как мне быть с выполнением плана хлебозаготовок, т.к. хлеба в колхозе нет, а посевной материал он вывозить не может»; «Я не могу работать по заготовкам, т.к. боюсь вечерами ходить по деревне и запираюсь в своей квартире».

Уполномоченный по колхозу «Червонный шлях» Криворожского р. Яновский, вопреки решению ячейки, распорядился выдать колхозникам в порядке общественного питания по 4 фунта хлеба и 2 фунта муки на галушки в день.

Следует отметить в качестве распространенного явления круговую поруку от коммунистов до кулаков, проникших в колхоз. На официальных собраниях колхозов, где ставится вопрос о выполнении плана хлебозаготовок и выявлении воров и расхитителей колхозного хлеба, эта круговая порука принимает форму упорного всеобщего молчания. Так, например, в колхозе «Коминтерн» (Апостоловский р.) на общем собрании колхоза, длившемся в течение 4 часов, ни один из колхозников, включая и коммунистов, не произнес ни слова. Аналогичные факты имели место и в ряде других колхозов («Парижская коммуна», «КИМ», «Червоний колос» и т.д.).

Как сельские партийные ячейки, так и руководство районов в значительной своей части засорены кулацкими, петлюровскими, махновскими, белогвардейскими элементами и оказывают прямое сопротивление хлебосдаче.

Член бюро Лепетихинского райпарткома Суржов, агроном, редактор районной газеты установил процент изъятия для хлебозаготовок в 0,5–0,8 ц с га. Колхозы же этого района уже сдали значительно больше. Заведующий райЗУ Магдалиновского р. Солодовник и председатель райколхозсоюза Башмак были руководителями вредительской комиссии в составе специалистов по определению засоренности полей, которая предложила косить зерно под предлогом освобождения полей от сорняков. В результате в с. Ждановка в скошенном «сене» было обнаружено до 75 % зерна.

Член партии Мережко Е.Ш. — председатель колхоза «Примерный» Апостоловского р. отказался организовать переобмолот, мотивируя тем, что «люди голодные и я их на работу выгнать не могу». Кандидат партии Шевченко Вера того же колхоза сорвала работу молотилки, призывая колхозников к оставлению работы. Колхозник — кандидат партии Лукаш Трофим, колхоз «Червонные казаки» — разделил между участниками обыска обнаруженные у кулака в яме 25 пуд. хлеба. В этом же сельсовете член партии Потий Пелагея агитировала среди единоличников против вступления в колхоз, заявляя: «В колхоз идти не надо, там дохнут с голода».

Член артели «Коммунар», член партии Шур Ф. отказался работать контролером при молотилке, заявив, что он хочет уйти из партии, т.к. в «партии судят». Член партии — председатель колхоза им. Блюхера (Апостоловский р.), состоящего преимущественно из кулаков-столыпинцев, лишь под угрозой немедленной высылки назвал кулаков, засевших в колхозе и подлежащих исключению из него. Член партии Дибров — председатель Поливановского сельпо Магдалиновского р. открыто говорил о расколе в партии, в связи с чем можно не торопиться с выполнением плана хлебозаготовок.

Председатель Сичкаревского сельсовета Козятникова (член комсомола) заявляла уполномоченному обкома по Магдалиновскому р.: «Мне все равно могила. Я приняла на себя обязательство выполнить план, зная заранее, что его не выполню, т.к. это даст мне возможность протянуть еще месяц».

Муштий — заведующий базой Заготскот Магдалиновского р., кандидат в члены бюро ячейки колхоза «Червонный Прапор» (занесенного на черную доску), женат на дочери кулака; предупредил кулака о предстоящем его аресте и изъятии у него имущества за саботаж хлебозаготовок.

В селе Каменском (Апостоловского р.) после произведенного нажима и суда над кулаками — укрывателями и расхитителями хлеба нашему уполномоченному была подброшена записка: «Берегись, красная сволочь. За приговоренных наших людей отомстим, а хлеба не возьмешь».

Ященков — член партии, в колхозе «Червонный Прапор» организовывал пьянки в разгар обмолота и разбазаривал для этих пьянок хлеб под видом получения для выдачи на питание работающим у молотилок. Жук — кандидат партии, был председателем колхоза «Червонный Прапор», который сейчас занесен на черную доску. В порядке самоснабжения в самом начале обмолота взял себе 35 пуд. хлеба и другие продукты. После того, как один член ячейки сообщил об этом секретарю райкома, Жук был переведен председателем колхоза «12-летие Октября», который он также развалил.

Полянский — кандидат партии, был председателем Шевского совета, в сентябре этого года был райкомом исключен из партии и снят с работы за срыв уборки и хлебозаготовок, а затем был назначен райколхозсоюзом, по согласованию с райкомом, председателем колхоза «Червонный Прапор» и развалил и этот колхоз.

В Авдотьевском сельсовете Криворожского р. председатель — член партии Коваленко оказал сопротивление вывозу хлеба из колхоза и выдавал справки кулакам, что они являются бедняками и середняками. В напряженный период хлебозаготовок Коваленко пьянствовал и развратничал.

Член партии — председатель колхоза «Коминтерн» (Апостоловский р.), сплошь состоящего из кулаков и их родственников, допустил прием в качестве постоянных наемных рабочих 57 раскулаченных в этом же и ближайшем селе кулаков, которые работали весь 1932 г. и получали к тому же не зарплату, а, как и колхозники, по трудодням.

По-моему, в такой преступной затяжке выполнения плана хлебозаготовок во многом виноват ЦК КП(б)У, ибо решающий для хлебозаготовок период упущен, и в этом прежде всего виноват ЦК КП(б)У.

ЦК КП(б)У абсолютно неправильно и вредно для дела выполнения плана хлебозаготовок с начала заготовок ориентировал украинскую парторганизацию на неприкосновенность колхозных хлебных фондов, строго запретив сдавать их в счет плана хлебозаготовок, ставя во главу угла переобмолот соломы, перевейку половы и выискивание излишков сверх фондов путем обмера и перевеса этих фондов.

Даже борьба за выявление и возврат расхищенного хлеба не была поставлена как основная задача в работе партийных организаций по хлебозаготовкам. Не сумели своевременно наложить свою руку на необмолоченный хлеб, находящийся на поле в скирдах, чтобы этим обеспечить в первую очередь выполнение плана хлебозаготовок.

Раздав скидку плана хлебозаготовок по областям, не руководили разверстанием этой скидки по отдельным районам и не проследили за распределением самими районами этой скидки по отдельным колхозам. Помимо этого, слишком рано дали эту скидку всем районам и этим самым подбодрили только оппортунистов.

Не руководили определением урожайности. Этим ответственным делом занимались на Днепропетровщине враги советской власти.

Обо всем этом я говорю на основании многочисленных фактов по Днепропетровщине, лишь только часть этих фактов изложена в этой записке.

При условии организации большевистской борьбы за хлеб на Днепропетровщине план хлебозаготовок, безусловно, можно кончить на все 100 %.

Можно и семена засыпать. Но надо разбить сопротивление, и прежде всего внутри коммунистов, и не бояться драки с кулаками.

 

Постышев

 

АП РФ. Ф. 3. Оп. 40. Д. 85. Л. 129–143. Подлинник.


Назад
© 2001-2016 АРХИВ АЛЕКСАНДРА Н. ЯКОВЛЕВА Правовая информация