Фонд Александра Н. Яковлева

Архив Александра Н. Яковлева

 
ГОЛОД В СССР. 1929–1934. Т. 1: 1929 – июль 1932: В 2 кн.
Часть вторая. 1930 год. Усиление продовольственных затруднений и начало голода в отдельных регионах СССР [Док. №№ 65–203]
Документ № 70

Спецсводка № 3 Информационного отдела Полномочного представительства ОГПУ по Средне-Волжскому краю «О продовольственных затруднениях в городе и деревне» на 10 июня 1930 г.

11.06.1930


Совершенно секретно

 

Продовольственное снабжение городов находится в прежнем положении. Но по г. Самара за последнее время вновь создались очереди за хлебом, мукой, дрожжами, рыбой, мылом и другими продуктами, вызванные тем, что ЦРК и другие организации, от которых зависит снабжение города хлебом (Союзхлеб, торготдел), приступили к выдаче муки за июнь мес. с 1 июня и с этого же числа начали выдавать хлеб 96-процентный (ранее выдавался хлеб ржаной), благодаря чему пекарни г. Самара не могли обслужить хлебом всех граждан г. Самара.

Самарский окр. Заведующим распределительным отделом самарского ЦРК было дано распоряжение о выдаче хлеба 96-процентного без учета того, что для снабжения города требуется 160 тыс. кг, а пекарни г. Самара могут дать в день при максимальной нагрузке 100 тыс. кг. Им же было дано распоряжение о выдаче туалетного мыла без талонов, в то время как мыла имелось только полвагона, и это количество являлось недостаточным для удовлетворения 200 тыс. населения г. Самара.

В г. Самара в первые дни выдачи 96-процентного хлеба у хлебных магазинов с 23 час. и весь день стояли очереди от 300–400 чел. В очередях имели место следующие разговоры: «К концу пятилетки ног не будешь таскать, все пишут в газетах — мы растем, а продуктов и вообще товаров все меньше и меньше, и это получишь только в очереди»; «Вот дали женщинам свободу, стой с утра до вечера по очередям, а дома брошены дети»; «От хлебных книжек нет никакого толку, они только создают тормоз». В некоторых магазинах хлеба хватало только на 40–50 чел., и не получившие хлеба, возмущаясь и ругая ЦРК, расходились по домам.

Около магазина ЦРК № 39 стояла очередь за рыбой около 200 чел., где отмечались такие разговоры: «Сгноили рыбу да заморозили и дают теперь, чтобы не воняла, мяса не видишь, дают лошадиную требуху по одному килограмму на человека, а свинину весной сгноили и свалили в Колесников овраг, лук тоже давали по ордерам, а когда гнить начал, так его давали во всех магазинах, даже в кондитерских, и все-таки свалили в овраг. Нет, уже отжили хорошее время, Николашка хоть и плохой был, а при нем булки ели, а теперь ржанина, да и та в очередь. Это хорошо орать за советскую власть шкурникам, которые пролезли в партию».

На собрании рабкоров в редакции газеты «Волжская Коммуна» рабкоры возмущались работой ЦРК, плохим снабжением хлебом и большими очередями. Рабкор Решанский говорил: «И когда только кончится эта вакханалия хвостов. Я стоял в очереди целый день и все-таки хлеба не получил». Рабкор Пруткаева: «Я была в очереди и наблюдала, как возмущена толпа. Она готова разорвать ЦРК и власть за то, что им не достает хлеба. На самом деле, почему мы не получаем никогда продуктов, как следует, а всегда с мытарствами».

Пензенский окр. В кооперативе при велозаводе в очереди за папиросами стояло около 600 чел. и после второго гудка осталось 200 чел., кто-то из толпы крикнул: «Папирос не хватит», благодаря чему рабочие бросились на полки, начали брать папиросы, сбили прилавок, причем говорили: «Настало время хуже, чем 1921–1922 г., в 1921 г. хоть была гражданская война, тогда нельзя было требовать, а сейчас уже прошло 10 лет мирного строительства, а дело не улучшается».

 

РАБОЧИЕ

Настроение рабочих обостряется, чему в значительной степени способствует ряд ненормальностей, безобразий кооперативных организаций, а местами работники ЦРК своими действиями вызывают бурные негодования рабочих.

Ульяновский окр. В столовой Государственного завода № 3 отравились рыбой около 30 чел., из них тяжело заболели 8 чел. Было установлено, что рыба недоброкачественная, залежалая, вследствие чего в ней образовался яд. По этому поводу среди рабочих завода ходят разнообразные слухи о том, что в рыбе был мышьяк, стрихнин, попавший в бочки по неосторожности. А некоторые говорят, что работники ЦРК умышленно подложили мышьяк в рыбу из-за мести. Рабочий Бабушкин: «Здесь за Волгой травят народ, а в городе от колбасы люди заразились сапом, их хотели расстрелять, но потом дали какой-то порошок и совсем усыпили. У нас в отделе рабочие всем возмущены и наругивают власть на чем свет стоит». Егорова: «Это безобразие: сначала нас кормили с червями и мышами, а теперь начали травить, надо кому-нибудь написать в газету, да не в нашу заводскую, а дальше, чтобы знали все организации о творящихся у нас безобразиях». Рабочие Михайлов, Страхов, Силов, Романов, Никитин говорили: «Среди рабочих есть мнение, что кто-нибудь из обслуживающих столовую из-за мести подсыпал в котел стрихнин, и это неудивительно, когда сама власть сеет антагонизм и вражду между рабочими и служащими. Так мы к социализму не подойдем, а совсем погубим его и все, что мы завоевали, так как, бросая нам крохи в виде тухлой солонины или червивой рыбы и в то же время моря голодом служащих, развивают вражду. И вполне определенно можно сказать, что мы бесконечно будем иметь факты отравления, запекания и варения мышей и прочего в этом роде. Вражда и злоба созданного “нового класса” служащих дает нам повод к массе преступлений, тормозящих строительство, и, пожалуй, срыву всего, что мы имеем. Так дальше идти нельзя, нужно что-то новое, нужно считаться и со служащими, без которых мы тоже не можем обойтись».

В той же столовой в первом блюде вместо мяса была обнаружена половина вареной мыши, о чем был составлен протокол и начато расследование. По этому поводу работница Виноградова говорила: «Несмотря на частые обследования столовой, в ней до сих пор дело неблагополучно. Зав. столовой Степина проявляет грубость как к рабочим завода, так и служащим столовой, обзывает последних воронами, за что ее в газете “Володарец” называют держимордой. Член правления Гейсель никаких мер к устранению безобразия не принимает и к голосу общественности остается глух. Обеды, которые нам дают во время обеденного перерыва, очень плохие, суп жидкий и почти без всякой приправы, вторые блюда приготавливаются из отбросов, плен и жил».

На мясном складе в бочке с солониной была обнаружена крыса, которая облезла от долгого лежания в бочке. В магазине № 10 бригадой было обнаружено несколько гросс1 ниток. В этом магазине выдача ниток была прекращена за три дня до обнаружения их, и было объявлено, что ниток больше нет. Рабочий паропроводной мастерской Никитин об этом говорил: «Нас кормят мясом с дохлыми крысами, а воротилы получают свежую рыбу по полпуда, тогда как населению достается одна пакостная мелочь, которую и кошки не едят. Это все является контрреволюцией и поджигательством».

Рабочим Языковской фабрики вместо муки выдается рожь, благодаря чему среди них происходит волнение, рабочие собираются группами, говорят о хлебе и о том, что власть не заботится о рабочих. Работница Долгова говорила во время обеденного перерыва: «Чего хорошего дала соввласть, кроме того, как набивают себе карманы да обманывают рабочих». Ее слова встретили поддержку со стороны присутствующих рабочих.

Пензенский окр. Рабочие ХТО велозавода Иванов и Лямов в группе рабочих говорили: «Когда отчитывается ЦРК о своей работе, то ссылается на окружной торговый отдел, а окружной торговый отдел — на окружной потребсоюз, окружной потребсоюз — на другие организации, а улучшения все нет и нет, поэтому отпадает всякое желание присутствовать на их отчетах. Сколько мы давали предложений и наказов ЦРК об улучшении снабжения рабочих, а в итоге ничего нет, и с продовольственным вопросом дело обстоит очень плохо».

Заведующий и его помощник магазина № 4, обслуживающего рабочих велозавода, на вопрос рабочих: «Когда будет выдаваться сахар?» — отвечает: «Сахар давать не будут», что вызывает возмущение у рабочих, которые говорят: «Мяса не дают, сахар тоже отказывают, папирос и то нет в достаточном количестве, и за ними приходится стоять в очереди».

В столовой велозавода ежедневно обедает больше 1 тыс. чел. Помещение столовой мало, поэтому происходит большая давка. Среди рабочих имеют место такие разговоры: рабочий 7-й мастерской Кудряшев, член ВКП(б): «Безобразие, совсем хотят уморить. Когда же, наконец, отстроят столовую? В нашей столовой обедает много чуждого элемента, т.к. пропуска не проверяют. Нужно принять меры к работникам ЦРК, арестовать всех и посадить, а на их место выделить хороших рабочих, которые заботились бы об улучшении снабжения рабочих, а сейчас к ликвидации творящихся безобразий мер никто не принимает».

Продажа некоторых товаров по повышенным ценам встречает со стороны рабочих резкое осуждение, которые это введение считают спекуляцией.

Пензенский окр. Работница фабрики «Маяк революции» Фомина говорила: «ЦРК работает плохо, рабочим, кроме хлеба, ничего не дают. Хлеба тоже не хватает, и приходится покупать на рынке муку по 12 руб. пуд, остальные товары идут по большим городам, а нас, рабочих Пензы, не считают за людей. По дорогой цене у ЦРК всяких товаров сколько угодно, и говорят, что это особый фонд. Это не особый фонд, а спекуляция. Такой магазин нужно закрыть и имеющиеся товары раздать рабочим».

Рабочий велозавода Андреев: «Хлеба дают мало, мяса, молока нет, обуви, мануфактуры нет, а если и есть, то ЦРК ими спекулирует, продает по дорогой цене. Мелкого частника разорили, а сами последнюю шкуру дерут с рабочих. Выходит дело так: ЦРК спекулировать может, а кустарь не может, ЦРК нужно уничтожить и открыть частную торговлю».

Оренбургский окр. В связи с тем, что сахар выдается в неограниченном количестве по 3 руб. 13 коп. за кило один рабочий говорил: «Этот сахар дают только спекулянтам и тем, кто получает 150–200 руб. Рабочий такой суммы платить не может, и вообще кооперация пай дерет, а продуктов не дает, поэтому недаром ругают соввласть и кооперацию и спрашивают, куда деваются деньги».

Вопрос о продовольственных затруднениях стал обычной темой разговоров рабочих, причем продовольственные затруднения увязываются с вопросами политики партии и соввласти, войной, которая, по мнению некоторых рабочих, должна быть в скором времени, отправкой хлеба и других товаров за границу, и некоторые рабочие высказывают враждебное отношение к коммунистам.

Ульяновский окр. Машинист Игнатовской фабрики Рысков: «У соввласти нет никакого порядка, куда только все девалось, в кооперативе ничего нет, дадут на месяц, что на три дня хватит: хочешь ешь, хочешь смотри. Калинин и Сталин в очереди не стоят, у них полно прислуг, что у царей». Присутствовавшие 4 рабочих были с ним согласны.

Молотобоец Игнатовской фабрики Краснов: «Вот теперь можно сказать с уверенностью, что советская власть дошла до ручки, кругом все обломали, а в газетах пишут — тут построили, там построили, а на самом деле последнее обломали. При советской власти хозяев много, а толку никакого нет: каждый хозяйственник старается набить карман потуже, а остальное для него плевать. Мы работаем в поте лица, а пожрать нечего, даже чай не с чем пить — это просто нас хотят уморить с голоду».

Пензенский окр. Рабочий велозавода Андреев: «Все деньги, которые у нас взяли в ЦРК и на займы, пропали. Нас, рабочих, обманывают, ничего нам не дают. И что только думает соввласть? Неужели нас хотят голодом поморить? Мы должны сказать, что мы люди или собаки, и нас, дураков, на каждом шагу обманывают и только обещают, но этим долго не продержатся, всю свору коммунистов нам надо разогнать и добиться своего».

Работницы Сашкова, Мутилина, Борисова систематически среди работниц ведут такие разговоры: «В ЦРК ничего нет, скоро будем ходить босые, одно только говорят нам — выполняйте пятилетку в четыре года. Расценки дают очень маленькие, а работу спрашивают, жизнь становится невозможной, о рабочих никто не заботится и не интересуется их жизнью».

Рабочий велозавода Синицын: «Только нажимают на рабочих, заставляют выполнять промфинплан, а не видят, что мы все с голоду подыхаем, да что, разве с рабочими считаются».

Модельщик велозавода Кривцов: «Я понимаю, когда был голод, тогда было другое дело, некуда деваться, надо переживать, а в данный момент власть искусственно создает голод в стране, все мы скоро подохнем как мухи».

Работница велозавода Сезюмова во время обеденного перерыва говорила: «Скорей бы началась война, тогда бы всех коммунистов перебили за то, что они страну довели до голода».

Работница 3-й мастерской велозавода Чернецова: «1 мая за границей расстреливали коммунистов, так их и надо. Вот у нас коммунисты сделали советскую власть и морят голодом рабочих, а все продовольствие отправляют за границу — платят царские долги. Разве это правительство? Давно бы им нужно головы сломать».

Рабочий МК железной дороги Шейкин: «Не хватает продовольствия только потому, что стали строить колхозы, у крестьян все отобрали, им продавать нечего, благодаря этому и на рынке нет ничего. В этом виноваты только коммунисты».

Кузнецкий окр. Рабочий кожевенного завода Кемляков: «Недавно проходил в расчетной комиссии подбор 1902–1904 гг., и кого признали здоровыми, угонят в воинские части. Наверное, что-нибудь тревожит наше правительство. Положение у нас [с] продовольствием скверное, воевать — не шутка, какие будут вояки голодные, да и в тылу тоже не все благополучно, т.к. рабочие сидят голодные, а что будет, если начнется война? Рабочие будут все тащить на базар, менять на хлеб и картошку, и голодные не будут разбираться, кто помещик, кто капиталист, кто коммунист, а кто накормит, к тому и пойдут».

Рабочие считают, что в других городах, в частности в Москве и Ленинграде, рабочее снабжение поставлено, несомненно, лучше, что объясняют более решительными требованиями и действиями в этом направлении московских и ленинградских рабочих.

Пензенский окр. Рабочий контрольного отдела велозавода Чебаев, член ВКП(б), приехав из Ленинграда, где он проводил отпуск, говорил: «В Ленинграде всего много и низкая цена на продовольствие, рабочие Ленинграда не так, как мы, они не молчат, а нажимают, где и на кого следует, поэтому там все есть, а мы здесь молчим».

Курсанты школы ВЗК при велозаводе, в группе 11 чел., говорили: «В Москве все есть, там рабочим дают белый хлеб и мясо, а нас в Пензе с голоду морят».

Рабочий 7-й мастерской велозавода Марков, член ВКП(б): «В других городах все есть, взять хоть Среднюю Азию: продуктов сколько угодно, товаров тоже, в Москве, Ленинграде и Ростове также все имеется, а у нас в Пензе ничего нет, а хочешь уволиться с завода, не пускают».

Кузнецкий окр. «Советская власть среди рабочих делает разграничение, делая одних сынками, а других пасынками. Рабочим Москвы отправляют от нас яйца, масло, мясо и все, что хорошего попадется, а нам, здешним рабочим, хоть с голоду подыхай. А все это потому, что наши рабочие молчат, боясь прошлых арестов и расстрелов. А взять московского и ленинградского рабочего — он в 6–7 раз больше нашего получает жалованье, и его же по твердым ценам снабжают всеми продуктами».

Рабочий машиностроительного завода «Возрождение» Братин Иван: «Теперь все будут московские рабочие есть: мясо, масло, сыр и тому подобное, а нам жизнь подошла, жрать нечего».

Хлебников В.: «Нас можно снабжать чем попало, да и то по чайной ложке. Нам дают коровьи ноги, а хорошее мясо за нас московские рабочие будут есть, бардак какой-то там творят в верхах и сами озлобляют народ».

«Сталин с Калининым будут есть мясо, а нам картошка с черненьким хлебом, да и то не досыта, а чем московский рабочий счастливей нас, у нас ведь тоже у большинства рабочих собственности нет, чем мы хуже их, мы тоже работаем на соввласть. Если в дальнейшем положение провинциальных рабочих будет таким же, то нам надо поднять свои головы и заявить правительству, что нам невозможно жить и что надо принимать какие-то меры» (литейщик Марков).

Одновременно наблюдаются разговоры об организации массовых требований и забастовок с целью разрешения продовольственных вопросов.

Кузнецкий окр. Рабочий кожзавода им. Ворошилова Титов: «Нужно собраться всем рабочим и идти к окружному исполкому. А если это не поможет, то надо сделать забастовку, только ее нужно проводить дружно — всем как одному. Врут, сдадутся, всех не арестуют. Это не жизнь подошла, а хуже могилы, им-то что, главкам».

Машиностроительный завод «Возрождение», Олейников: «Дожили до того, что булки стали 27–30 коп., а в Москве такая же — 5 коп. Доводят до того, что народ озвереет и наверняка будет восстание. Крестьяне стали, как звери, где ни послушаешь, везде клянут власть за такую голодовку. А что, если будет война, тогда по всей стране будет восстание, и в этом будет виновата только сама соввласть, которая доводит рабочих и крестьян до этого».

На предприятиях Кузнецкого окр. рабочие стремятся уйти с производства и уехать в другие города, для чего предполагают использовать очередной отпуск.

Кузнецкий окр. Литейщик машиностроительного завода «Возрождение» Антонов: «Работу просят, с каждым днем усиливают соцсоревнование, но никто не позаботится о том, чтобы улучшить снабжение рабочих продуктами питания. С одной картошки ноги перестанешь таскать, даже сахару не стало. Все мы будем работать только до отпуска, а там уедем и не вернемся».

Трофимов А.: «В Свердловске и то такого кавардака не было, там хоть масла, молока можно достать по дешевке, а здесь кормят постнятиной, червяка не заморишь. Некоторые только поэтому и работают до отпуска, а потом уедут в другие города. Кроме черного хлеба и зеленого лука взять нечего, денег-то хоть бы и не давали, а только кормили и одевали, и все работали бы на совесть, а что деньги — их жрать не станешь».

Афентьев — токарь, Марков — литейщик, Антонов — литейщик: «После отпуска пусть с нами администрация простится, больше на завод уж не вернемся, а то работу спрашивают с нас, а насчет снабжения продуктами не заботятся, что или мы не сумеем работать в Москве, а там рабочих снабжают лучше».

То же наблюдается и среди технического персонала предприятий военной промышленности.

Ульяновский окр. Помощник зав. инструментального отдела завода № 3, техник Колыков: «Я подал заявление об увольнении, так как в этих условиях я больше жить и работать не могу. Работай как вол, а есть и купить нечего, да пошли они все к черту».

Мастер инструментальной мастерской Андреев: «Придется уехать отсюда, так как совсем питаться нечем».

Пензенский окр. Среди техперсонала велозавода имеют место такие разговоры: «На технический персонал не обращают внимания, мы можем только получить 800 г хлеба и больше ничего».

Техник ОЭТ Жадейко неоднократно подавал заявления об уходе с завода, но его просьбу не удовлетворяли».

 

СЛУЖАЩИЕ

Как уже отмечалось, норма продуктов, выдаваемых служащим, значительно ниже, чем норма рабочих, что вызывает возмущение служащих, в основном сводящемся к таким суждениям.

Ульяновский окр. Счетовод расчетной части завода № 3 Башанов: «Надо устроить собрание служащих, дальше издевательства терпеть нельзя, что мы, лишенцы, что ли? Ведь мы едим только хлеб да картошку, рабочим выдают макароны, крупы, масло, нам нет ничего, черт знает что такое. Нет, нам надо собраться и вынести протест».

Морозова: «Служащим мясо, рыбу отказали, загнали до невозможности, лучше бы поморили всех сразу газами. Рыбу с мясом увезли за границу, чтобы заткнуть конфликт, а те дураки берут. Неужели не видят, что здесь все рухнуло?»

Игнатьев: «Нам нужно устроить бойкот с тем, чтобы добиться своих прав».

Кожевников: «Творится открытое безобразие, на служащего смотрят, как на лишенца».

Пензенский окр. Счетовод Самохотов велозавода говорил: «Из магазина ЦРК товар отпускают только рабочим, а нам, служащим, не дают даже на брюки».

Оренбургский окр. Помощник зав. отделом № 19 горФО Алексеева: «В настоящий момент жизнь стала настолько трудна, что я ничему не рада. Если не станет лучше, то я из Оренбурга уеду куда-нибудь, так как ожидать лучше что-нибудь не приходится. Если даже будет урожай, то служащим все равно будут давать 300 г хлеба, скоро нужно ожидать заболеваний и смертность на почве голода».

 

ДЕРЕВНЯ

Продовольственные затруднения в деревне продолжают обостряться и охватывают большее количество районов. Полученные 500 тыс. пуд. хлеба из госзапасов на СВК до мест еще не дошли. Общим для всех районов является отсутствие организованной помощи населению и далеко не достаточные запасы хлеба для удовлетворения нуждающихся в продовольствии.

Отмечены случаи, когда местные работники распределяют хлеб по собственному усмотрению, а не по степени нуждаемости хозяйства, и используют распределение хлеба в своих интересах. Так, например:

Самарский окр. В с. Спиридоновка Алексеевского р. председатель колхоза отказал выдачу хлеба колхознику Шидяеву, причем заявил: «Не дам тебе бесплатный паек, хоть ты у меня не проси. Раз ты не пошел к председателю СККОВ пахать огород, то и нет тебе бесплатного пайка». Шидяев заплакал и сказал: «Я не должен за паек батрачить».

Бугурусланский окр. В с. Елшанка Сергиевского р. сельсовет выдает хлеб без учета нуждаемости хозяйств, и есть случаи выдачи хлеба лицам, не нуждающимся. Так, Мухину было выдано по 30 фунтов на едока, который размалывал свой хлеб, беднячка же Сараева в течение недели ходила в сельсовет с просьбой о выдаче хлеба, но не получила.

В дер. Рязановка Абдулинского р. сельсовет выдает хлеб кулацким семьям. Так, было выдано: кулаку Лоскутову — 2 пуда, Бирюкову — 2 пуда, Губа — 2 пуда и Журавлеву — 3 пуда.

Сызранский окр. В с. Суруловка Ново-Спасского р. сельсовет обратился к райисполкому с просьбой об отпуске хлеба для удовлетворения голодающих семей, но райисполком категорически отказал, благодаря чему оставшееся семенное зерно овса, пшеницы, кукурузы находится под угрозой самовольного разбора. Уполномоченный РИКа при заготовке семенного фонда говорил о том, что весной население будет удовлетворено продовольствием, и сейчас, не получая хлеба, население возмущается. Сельсовет проявляет растерянность.

Село Чуринское Ново-Спасского р.: подано 600 заявлений с просьбой о выдаче хлеба, но сельсовет и СККОВ хлеба не имеют. Председатель СККОВ Пирог говорит: «Удовлетворять население нечем, так как весь фонд взяла себе коммуна. Крестьяне на этой почве относятся к ней враждебно».

Беднячка Андрианова: «Крестьяне приходят за хлебом к Кузину, партийцу, а он показывает им кукиш и говорит: “Вот вам”».

Ульяновский окр. В пос. Ивановка член СККОВ Кляченков задержал выдачу продовольствия на 5 дней без особых к этому причин и впоследствии хлеб выдавал неправильно. Так, было выдано: Рослову И., который имеет свою муку и кормил лошадь печеным хлебом, Мочаловой А., работающей на лесопилке и получающей паек, и 2 пуда взял себе «за хлопоты». На замечание Морозовой, что «ты сам на хлеб получаешь телеги», ответил: «Продай и ты свою телегу, куплю за муку, какое твое дело» — и выдал хлеб своему брату-леснику, который получает паек. Население Кляченковым недовольно, но жаловаться боится.

Пензенский окр. На с. Блиновка Каменского р. было отпущено 260 пуд. ржаной муки, окружной торговый отдел из этого количества удержал 180 пуд. за то, что Блиновский СККОВ это количество употребил на семена и корм лошадям из гарнцевого сбора в прошлом году. Сельсоветом и СККОВ было возбуждено ходатайство перед РИКом о довыдаче им 180 пуд., но до сих пор вопрос этот не разрешен.

В с. Надежденка К-Еланского р. беднота обращается к уполномоченному Сысуеву с просьбой о выдаче хлеба, но он им отказывает и на заявление бедноты: «Тогда нам придется вести последнюю скотину со двора», — Сысуев отвечает: «Кому вы загрозите, нам-то больно нужно, что вы продадите скотину».

Следствием низкой нормы выдаваемых продуктов и выездов крестьян в другие районы и села является рост цен на хлеб, доходящих до 20–25 руб. за пуд ржаной муки, так:

Пензенский окр. В Поимском р. ржаная мука — 12 руб. пуд, в Барышевском р. ржаная мука — 10 руб. пуд.

Бугурусланский окр. На ст. Похвистнево Сталинского р.2 ржаная мука — 15 руб. пуд, масло — 2 руб. фунт, картофель — 3 руб. 50 коп. пуд, молоко — 80 коп. четверть и махорка — 1 руб. восьмушка.

Самарский окр. В Бузулукском р. ржаная мука — 20 руб. пуд. То же наблюдается и в других районах.

Как отмечалось в наших докладных записках, население за недостатком продуктов питания употребляет в пищу суррогаты:

Самарский окр., с. Борское того же района. Председатель Далматовского сельсовета Семенов, член ВКП(б), в беседе с работниками РИКа заявил: «У нас в селе острый продовольственный кризис, многие бедняки примешивают в хлеб крапиву, от чего семья Самойловой опухла, а когда я приехал в РИК за продовольствием, то мне отказывают».

Сызранский окр. В селах Ново-Спасского и Теренгульского районов население употребляет в пищу суррогаты.

Бугурусланский окр. В пос. Яктыкул Байтугановского р. бедняк Мукстакулов употребляет в пищу липовый лист с примесью конопляного семени. В колхозе «Новый труд» Пилюгинского сельсовета Бугурусланского р. выдавались отбросы от семенных материалов, от употребления которых внезапно заболели 40 чел. Медицинским свидетельствованием установлено, что отбросы были заражены при протравливании семян сухим способом.

Кузнецкий окр. В с. Никитино Барановского р. население употребляет в пищу суррогат. В с. Болдасево несколько хозяйств примешивают в хлеб листья, солому и т.п. В с. Кирюшкино [Старо-]Кулаткинского р. 240 бедняцких хозяйств совершенно не имеют хлеба, употребляют в пищу суррогаты, и есть случаи убоя молодых жеребят. В с. Терешка Кулаткинского р. в пищу употребляется лебеда. В селах Масеевка, Бахтеевка и Кармалей Кулаткинского р. в продовольствии нуждается 50 % населения, там же в пищу употребляют суррогат.

Мордовская обл. В селах Носакино и Н. Печморга Зубово-Полянского р. 9 бедняцких хозяйств совсем не имеют хлеба, картофель покупают не менее 30 дворов, хлеб едят с примесью мякины, просяной шелухи. Ерзин А. три дня совсем не имеет никакой пищи, Жданов не имеет пищи три дня и Киреева пять дней, также не имеют пищи и другие хозяйства. По с. Полое Ардатовского р. в хлеб примешиваются лебеда и картофель.

Оренбургский окр. В Уранке № 3 Покровского р. два бедняка пекут хлеб со жмыхом. В Кутлумбеевском сельсовете одно хозяйство примешивает в хлеб мякину.

Количество заболеваний и опуханий на почве недоедания увеличивается, также зарегистрированы случаи смерти. Приводим несколько фактов:

Самарский окр. В пос. Борисовском Борского р. у пастуха на почве голода опухло трое детей. В с. Аверьяновка Борского р. в семье Половинкина на почве голода умерло двое детей. Смерть от голода подтверждена заключением врача.

Сызранский окр. В с. Звенец Теренгульского р. на почве недоедания увеличивается процент непосещаемости школы детьми бедняков, имеющийся продовольственный фонд у школы не реализуется ввиду того, что окружным потребсоюзом не отпускаются продукты на горячие завтраки. В с. Суруловка Ново-Спасского р. имеют место случаи заболеваний и опухоли.

Кузнецкий окр. В с. Никитино Барановского р. зафиксирован один случай заболевания. В с. Терешка Кулаткинского р. — два случая опухания от голода.

Оренбургский окр. В с. Ново-Спасское Покровского р. на почве недоеданий заболели две семьи. Участившиеся требования сопровождаются угрозами расправы над местными работниками, организации восстаний, убоя и продажи скота.

Самарский окр. В с. Н.-Покровка Борского р. на собрании единоличников по вопросу о продзатруднениях (присутствовало 135 чел.) выступавший Скопцов говорил: «Нам нужно покласть ребятишек в телегу и везти в райисполком». Теменков: «Нужно выкинуть черный флаг и подать жалобу Калинину о том, что мы погибаем, мы на фронте так делали, и нам сразу все давали». Монахова: «Лучше пойти в райисполком всем селом, а здесь мы ни черта не дождемся». Доронин: «Я всю зиму кормил скотину, а теперь ее приходится продавать за пуд».

В с. Абашево Спасского р. группа женщин в 20 чел., требуя выдачи хлеба, кричала: «Сумели отобрать, так сумейте и дать, а вы умеете только грабить и обирать мужика».

В с. Пискалы Ставропольского р., выйдя на улицу, собрание3 Федосеев крикнул: «Беднота, просите хлеба, чего на них глядите? Не давайте им, сволочам, пусть сдохнут с голоду, они будут знать, как работать в штабах и брать хлеб». Елисеев, середняк: «Ограбили, обобрали, сволочи, давить вас надо, подлецов». Женщины кричали по окончании собрания: «Давай, стаскивай со сцены Бешанова и Гаврилова (местные работники), их надо давить, сволочей, они нас ограбили, а сейчас хлеба не дают. Идемте грабить амбары с хлебом, ничего нам не будет».

Председатель Андреевского СККОВ инструктору Борского райисполкома Ефимову заявил: «Если не дадите нам хлеба, то будет восстание, батраки, члены союза, прямо говорят, что на 8 фунтов жить нельзя, пойдем грабить что попало».

Сызранский окр. В с. Шигоны того же района группа женщин требовала выдачи хлеба и на отказ сельсовета подняла крик и заявила: «Давайте хлеба, а если не дадите, то сделаем чапанку, вы дождетесь восстания, иначе у вас хлеба не получишь» (Якоркина, беднячка).

В с. Кураедовские Выселки Ново-Спасского р. Медведев, маломощный середняк, в сельсовете заявил: «Я зарежу последнюю корову, так как дальше я работать не могу». Аналогичные заявления есть и от других середняков и бедняков. Есть много случаев, когда крестьяне режут мелкий скот — телят и овец.

В с. Н.-Маза Ново-Спасского р. перед заседанием сельсовета член сельсовета Сорокин, середняк, говорил: «Вопрос о продовольствии нужно обсудить первым и требовать от РИКа удовлетворения, а если он откажет, то сельсовету нужно отказаться от всех работ», причем заявил, что пос. Вольница в случае неполучения хлеба завтра же разгонит сельсовет. Остальные члены сельсовета, актив и даже партийцы настроены точно так же. Бедняк Мосолов, член ВКП(б), говорил: «У населения хлеба нет, если из 600 дворов и есть у кого-нибудь хлеб, то не больше, как у 10 хозяйств. Вопрос с продовольствием стоит очень остро, и оставшуюся пшеницу в гарнцевый сбор могут разобрать».

Кузнецкий окр. В некоторых селах Р. Камешкирского р. зафиксировано несколько случаев посылки делегации в РИК с требованием выдачи хлеба. Так, из с. Лутковка — делегация в 10 чел., которые требовали хлеба и заявляли, что в случае неотпуска хлеба крестьяне с. Лутковка разберут семенной фонд.

Ульяновский окр. В с. Н.-Кармала Кошкинского р. население требует хлеба. Каждый день с утра до вечера в сельсовете и около него собираются женщины с мешками, требуют хлеба. Ругаются и плачут. Лобанов и Кудашев, середняки, брали за шиворот председателя сельсовета и угрожали, присутствующие здесь середняки Лукьянов и Алексеев заявили: «Будем всех вас давить, взять вот сейчас разделить весь хлеб». Когда же председатель сельсовета поехал в с. Кошки, ему вслед кричали: «Вернешься, не уйдешь от нас». Они же предлагали вытащить из квартиры и расправиться с учителем Мещанкиным. Есть разговоры о том, чтобы пойти в с. Романовка, сломать общественный амбар и разделить хлеб.

Оренбургский окр. В с. Подяковском Сорочинского р. бедняк Воргатин, требуя продовольствия, говорил: «Когда у мужика был хлеб, то хозяев на него было много, а когда хлеба не стало, то и хозяина нет. А раз это так, то и мы будем принимать меры, будем прямо брать за шиворот и добьемся своего».

Пензенский окр. В М. Буртасовский сельсовет Пачелмского р. подано 70 заявлений о выдаче хлеба. В суждениях о продовольственных затруднениях крестьяне касаются хлебозаготовок, приходят к выводу, что они сейчас голодают только благодаря тому, что их «ограбили» осенью, и заявляют, что в предстоящую хлебозаготовительную кампанию они хлеб не сдадут.

Ульяновский окр. В с. Суходол Мелекесского р. большее количество населения, нуждающегося в хлебе, в мае мес. удовлетворено не было, поэтому в сельсовет бедняки приходят с мешками, требуют выдачи хлеба и заявляют: «Вот отобрали хлеб, а давать не хотите, многие из нас едят хлеб с примесью картофеля». Середняк Степин говорил: «Вот отобрали осенью весь хлеб, который выжигали из нас контрольной цифрой, и мы насильственно вывезли его государству, а теперь никто не верит, что хлеба нет, и не видит, что мы едим хлеб пополам с травой. Если только будет такая хлебозаготовка на будущую осень, то все равно...4 возьму вилы и погоню всех от двора».

Пензенский окр. В с. Пичевка Поимского р. середняк Медянкин: «В предстоящую хлебозаготовительную кампанию я лично ничего не вывезу. В прошлом году на меня наложили 25 пуд. Я говорил, что это непосильно, но сельсовет и уполномоченный заставили насильно меня вывезти хлеб. И вот теперь я со своей семьей бедствую, приходится покупать хлеб по 6–7 руб. за пуд, а где я возьму столько денег, когда у меня семья большая». В некоторых селах на общих собраниях выносятся постановления о самовольном разделе имеющихся запасов хлеба в случае неразрешения выдачи их РИКом.

Пензенский окр. В с. Бекетовка Кучко-Еланского р. на собрании по вопросу о продовольственном затруднении было постановлено: «Если РИК не разрешит распределить сейчас 400 пуд. ржи, то население ввиду острой нуждаемости в продовольствии приступит к раздаче из семенного фонда причитающейся доли из 400 пуд. самостоятельно». Избрали уполномоченного по ходатайству перед РИКом о выдаче хлеба. Такие же собрания были проведены в дер. Орловка и Надеждино Кучко-Еланского р. Имеют место случаи противодействия крестьян вывозу хлеба из одного села в другое и самовольного разбора хлеба.

Самарский окр. В с. Тростянка Спасского р. группа женщин в количестве около 20 чел. препятствовала вывозу с мельницы элеватора гарнцевого хлеба в течение двух суток. Посланные 2 милиционера с толпой ничего не могли сделать. Вопрос был урегулирован районным уполномоченным ОГПУ. В с. Шулаевка Бузулукского р. оставшиеся 800 пуд. пшеницы от семенного фонда предполагалось вывезти в г. Бузулук. Зная об этом, крестьяне ночью выставляют посты с тем, чтобы не допустить вывоза, а раздать пшеницу на еду. Местные работники растерялись и не знают, что предпринять. В с. Елшанка Бузулукского р. были массовые попытки к срыву замков с амбаров, где хранятся семенные фонды. Окружной исполком дал согласие на выдачу пайков бедноте из имеющихся запасов семенного фонда.

Бугурусланский окр. В пос. Михайловском Коровинского р. группа женщин в 15 чел. требовала от сельсовета выдачи хлеба. Не получив удовлетворения требований, группа направилась к общественному амбару, в котором хранилось 35 пуд. семенной пшеницы, подобрали ключ, составили список, указав в нем «по 10 фунтов» каждому, хлеб раздали. В дер. Сатках Сергиевского р. толпа около 60 чел. открыла амбар, разобрала семена на продовольствие, причем кричали: «Хлеб вывозить не дадим, нас ограбили и обобрали». Разбор производился по постановлению общего собрания, в протоколе которого было зафиксировано: «Разобрать 300 пуд. на продовольствие, а государству не давать, так как мы голодаем».

Мордовская обл. В с. Р. Свирбейка Саранского р. во время погрузки 50 пуд. ржи для отправки в с. Репьевка собравшиеся 85 женщин с грудными детьми на руках 4 раза сбрасывали мешки с подвод, не давая увозить хлеб. В с. Блохина Сызранского р. собравшаяся толпа в 100 чел. мужчин и женщин не дала отгрузить 80 пуд. ржи для дер. Репьевка, и приехавшие за хлебом вынуждены были уехать, а толпа заявила: «Оставшийся страховой фонд они никому не дадут и разделят между собой».

Сельсоветы Саранского р. Саранский, Пособский, Луковский, Булгаковский, М.-Елховский и др. с 18 мая и до настоящего времени не отгрузили хлеб из страховых фондов для переброски в Ачадовский р. как более остро нуждающийся в продовольствии, РИКом в этом отношении никаких мер не принимается.

Пензенский окр. В с. Бикетовка К.-Еланского р. общее собрание постановило в с. Вислополье из имеющихся фондов хлеб не давать, и в частных беседах граждане заявляют, что они из своего села ни одного фунта хлеба не дадут. По Кондольскому р. с 24 по 29 мая проходил самовольный разбор семенных фондов. Так, семенные фонды растащены в с. Танеево, Зыбино, Графчиково, в с. Андреевка растащили 600 пуд. и ряде других сел. В разгроме семенных фондов участвуют бедняки, середняки. Местные работники ничего сделать не могут. Райисполкомом для смягчения продовольственного кризиса из имеющихся хлебных запасов в районе отпущено 13 тыс. пуд. хлеба.

Сызранский окр. В с. Чекалино Шигонского р. самовольно был разобран семенной фонд и распределен по 20 фунтов на едока. Причем сбор производился криком «пожар» и оповещением граждан по домам.

 

КОЛХОЗНИКИ

На почве продовольственных затруднений в ряде колхозов отмечены случаи разбора скота, некоторые колхозники уходят на работу в ближайшие совхозы. Продовольственные затруднения также являются одним из поводов к выходам из колхоза, что нами уже отмечалось в сводке № 30 по колхозному строительству (наш исходящий № 6/13013).

Самарский окр. В с. Борское того же района председатель Неклюдовского колхоза Покровская в РИКе говорила: «Положение колхозников тяжелое, хлеба нет. Сейчас продают овец, скоро возьмутся за лошадей, а потом разбегутся все из колхоза». В некоторых колхозах Самарского окр. в правления колхозов поступают от 30 до 70 заявлений о выходе из колхозов.

Пензенский окр. В с. Камынино Чембарского р. зам. председателя колхоза «Пахарь-доброволец» Семякин говорил: «Снабжение хлебом членов колхоза недостаточно, отдельные члены колхоза не могут выйти на работу, будучи полуголодными, а другие уходят на приработки с тем, чтобы заработать денег на продовольствие».

Ульяновский окр. В с. Еремкино Мелекесского р. из колхоза «Ильич» 3 колхозника увели лошадей, говоря: «Мы голодные, раньше скотины умирать не хотим, поэтому продадим лошадей и купим хлеба». По медицинскому заключению одна семья колхозника заболела от недоедания. В правление колхоза приходят от 10 до 15 чел. с заявлением: «Мы уже третий день голодные, давай хлеба». Многие колхозники питаются одной картошкой. Колхозники без разрешения правления уходят на заработки.

В селах Новинки, Н. Куликово Н.-Малыклинского р. колхозники требуют хлеба и заявляют: «Если не дадите хлеба, все разойдемся, лошадей разберем и перепродадим, а колхоз ваш нам не нужен, нам ни с голоду с ним умирать».

В с. Н.-Малыкла того же района член колхоза Тутарова на собрании бедноты выступила с таким заявлением: «Дайте лошадь, и я уеду сбирать. Я ходила сбирать в Александровку, и меня выгнали как члена колхоза с кладбища, почему и прошу лошадь, которую я продам и куплю хлеба». Колхозник Жеребцов: «Я вынужден посылать семью собирать, и надо мной же смеются, приходится отказаться от колхоза и соввласти. Советская власть, видимо, отказалась от крестьян, поэтому и заставила нас собирать».

В колхозе «Свияга» Поповского р. колхозники требуют хлеба и заявляют: «Если не дадите хлеба, пойдем в Стоговский совхоз, сломаем замки у амбаров и разберем хлеб». В колхозе от недоедания опухло 12 семей, и из колхоза уже вышло 50 хозяйств.

Оренбургский окр. В с. Борисо-Наричанка Покровского р. бедняк Назаренко: «Без хлеба я работать не буду, и колхоз мне не нужен». Альховский: «На кой черт мне ваш колхоз, если я не получу продовольствия, я бросаю ваш колхоз и иду на работу в совхоз, там дают хлеб, мясо и жалованье». В этот колхоз приезжал директор совхоза «Культура» Романов для найма рабочих, и многие члены колхоза изъявили желание уйти на работу в совхоз. В с. Буртыга Сорочинского р. 35 трактористов требуют жиров и других продуктов, о чем ими было подано заявление в правление колхоза, но правление обещало и ничего не выдало.

Кузнецкий окр. В с. Н. Шаткино Р. Камешкирского р. 40 колхозников отказались выехать в поле для работы по взмету пара, мотивируя отказ отсутствием хлеба и обещая выйти на работу только тогда, когда им выдадут хлеб. 50 колхозников подали заявление в правление колхоза об отпуске их на работу. Получив отказ, некоторые из них самовольно ушли на работу, не выходя из членов колхоза. Всего в колхозе 315 хозяйств.

Отмечается рост групповых и массовых выступлений на почве продовольственных затруднений. Так, в течение апреля было 8 массовых выступлений, в мае их было 19, причем большее количество падает на вторую половину месяца. По отдельным округам это количество распределяется следующим образом: Сызранский окр.: в апреле — 2, в мае — 10; Самарский окр.: в апреле —5, в мае — 4; Ульяновский окр.: в апреле — , в мае — 3; Кузнецкий окр.: в апреле — , в мае — 1; Бугурусланский окр.: в апреле — 6, в мае — 1. Приводим некоторые из них:

Самарский окр. В с. Борском того же района толпа женщин-колхозниц, около 200 чел., требовала отпустить продовольственный паек, из толпы были выкрики: «Бери камни и давай всех бить».

В с. Медведке Бузулукского р. толпа женщин, около 100 чел., требовала от сельсовета немедленного ходатайства о выдаче на село дополнительных продовольственных пайков, угрожая сорвать замок с амбара, где хранится семенной фонд. С приездом представителя РИКа толпа возросла до 350 чел., из толпы были выкрики: «Вы взяли у нас хлеб, а теперь мы голодаем. Посмотрим, как возьмете осенью. В амбарах наш хлеб, отдайте нам его завтра же. Если не дадите, то мы сами растащим свой хлеб, а там везите хоть пулемет, всех расстреливайте. Нам все равно умирать».

Сызранский окр. В пос. Красном Н.-Спасского р. во время раздачи продовольствия бедноте к амбару подступила остальная часть населения с требованием раздачи хлеба всем поровну, отогнали от амбара уполномоченного и самовольно разделили 420 пуд. В с. Назайкино Теренгульского р. толпа, около 400 чел., требовала выдачи хлеба. Из толпы были выкрики: «Не надо нам советскую власть, даешь нам Лаптева и Суркова, мы с ними расправимся, громи амбары и дели хлеб».

Бугурусланский окр. В с. Матвеевка Абдулинского р. 50 женщин подошли к амбару, где выдавался хлеб бедноте, и стали настойчиво требовать прекращения выдачи хлеба, так как им хлеба не дали, а другим дают. В результате выдача была приостановлена, но после долгих разъяснений толпа все же разошлась.

 

ПРОВОКАЦИОННЫЕ СЛУХИ

По деревням распространяются различные слухи о том, что хлеб и другие товары вывозят за границу, о забастовках рабочих, требующих увеличения пайка. Наиболее характерны следующие:

Самарский окр. В с. Екатериновка Спасского р. Калымов, маломощный середняк, до приезда в село работавший на пароходной пристани в качестве рабочего, рассказывал: «В Астрахани пароходные служащие сделали забастовку с требованием увеличения пайка, также требовали, чтобы их семьи следовали вместе с ними на пароходах. Дело дошло до того, что были избиения, среди матросов такое настроение — не нынче, так завтра устроить всеобщую забастовку». На место выехали чекисты для того, чтобы арестовать пароходное начальство.

Ульяновский окр. На заводе металлистов Поярков, социальная прослойка не установлена, распускает слухи о том, что выдачу пайков скоро прекратят и все это делается с той целью, чтобы мужик поднялся и чтобы были забастовки, и если так будет продолжаться, то забастовки будут обязательно.

В с. Кисилевка Поимского р. приказчик ларька распространяет среди крестьян слухи: «Советская власть отправляет за границу табак, лес твердой породы, яйца, хлеб и конопляное масло, поэтому у нас ничего нет и все дорого».

В с. Князевка Кондольского р. быв. кулак: «Сталина ранил Ворошилов за то, что Сталин круто вертит пятилетку и довел народ до того, что ни в городе, ни в деревне ничего нет, народ волнуется».

В с. Адикаевка Каменского р. Петрунин, секретарь кустпромартели: «Наше государство в эту пятилетку никаких построек не ведет и не думает, а все, что имеет — хлеб, рыбу, сырье, хлопок — отправляет за границу. И это все делается умышленно с тем, чтобы ослабить страну, привести ее к гибели, ведь наши правители не из рабочих и крестьян, а из помещиков, капиталистов».

 

ПП ОГПУ СВК Бак

Начальник ИНФО Крестьянкин

Начальник 2-го отд. ИНФО Ванд

 

ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 8. Д. 824. Л. 437–454. Подлинник.


Назад
© 2001-2016 АРХИВ АЛЕКСАНДРА Н. ЯКОВЛЕВА Правовая информация