Фонд Александра Н. Яковлева

Архив Александра Н. Яковлева

 
БОЛЬШАЯ ЦЕНЗУРА
Раздел третий. «ВЕЛИКИЙ ПЕРЕЛОМ» (1930 — сентябрь 1939) [Документы №№ 131–369]
Документ № 159

Демьян Бедный — в Секретариат ЦК ВКП(б) о проблемных взаимоотношениях с редколлегией «Правды»

14.06.1931

Т.т. СТАЛИНУ, Кагановичу


 

По поручению тов. Постышева посылаю письмо т. Демьяна Бедного от 14.VI с.г.

 

Пом. Секретаря ЦК Ан. МАРЧЕНКО

 

В Секретариат ЦК ВКП(б)


 

Уважаемые товарищи!

Совокупностью обстоятельств созданы условия, которые требуют от всех партийцев, и от меня в том числе, величайшего напряжения сил в работе. Я лично напрягаю, несомненно, последние свои силы для того, чтобы конец моей работы не был слабее ее начала. Личный момент в моей работе отсутствует. Форма начатых мною агитационных поездок определяется их целью. Эта цель: создать своим приездом и выступлениями в рабочих рядах празднично-торжественное, бодрое, боевое настроение, укрепить уверенность в наших силах, внушить внутреннее убеждение, что героическое дело выполняется подлинными героями. И в Магнитогорске, и на Кузнецкстрое я выступал на рабочих собраниях «до последней нотки голоса», т.е. до срыва голоса1. Успех выступлений может быть проверен. На Кузнецкстрое он был — могу смело это сказать — совершенно исключительным по эффективности, и это во мне самом укрепило веру в свои агитационные возможности.

А в настоящий момент моя актуальность подорвана, и я нахожусь в изрядной растерянности. Похоже, как будто я приезжал на новостройки в качестве обманщика, Хлестакова: шумел, не имея на это права, и только вводил рабочих в заблуждение. Растерянность моя вызвана систематическим замалчиванием моих агитпоездок «Правдой». «Правда» выбросила Магнитогорск даже из первомайской сводки, чтобы не отметить, что праздник прошел при моем участии2. Все телеграммы из Кузнецкстроя о том грандиозном подъеме, какой был там в связи с моим приездом и бесконечными выступлениями на площади, в театре, в мастерских, на рельсах, все эти сообщения собствен. корреспондентов «Правды» попали в редакционную корзину. Талантливейший пролетписатель Парфенов3, увлеченный формой моих выступлений, поклялся, что напишет об этом особый очерк: какова роль подобной работы и насколько она поучительна для молодых писателей4. Разве это не нужно для дела? Теперь — после загадочного (точней, совсем не загадочного) молчания «Правды» не один только Парфенов будет раздумывать: — «эге, вот оно что! Дали же мы тут маху с Демьяном! «Правда» лучше знает, о ком и о чем предпочтительней помолчать!» Как я теперь могу выполнить мое обещание Кузстроевцам — приехать на пуск домен? Приеду, и у них будет такая растерянность, как сейчас у меня: я уж не соображаю, надо ли мне продолжать мои поездки или не надо? Делаю ли я то, что нужно и так как нужно, или мне следует спросить: что и как мне делать, чтобы это было дело, заслуживающее правдинской, хотя бы регистрационной, отметки: там-то и там-то сделано Д. Бедным такое-то партийное дело.

Я считаю, что если в «Правде» не появится парфеновской или чьей угодно заметки о положительном характере моей поездки на Кузстрой5, то мне уже неудобно будет соваться туда вторично. Правильно ли я рассуждаю или нет?6

Я нуждаюсь в указаниях.

С товарищ[еским] приветом —

 

Д. БЕДНЫЙ

 

Верно: Ан. Марченко.

 

РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 702. Л. 59–61. Машинописная копия. Подчеркивания в тексте рукой неизвестного. Фамилия Сталина подчеркнута в рассылке.


Назад
© 2001-2016 АРХИВ АЛЕКСАНДРА Н. ЯКОВЛЕВА Правовая информация