Альманах Россия XX век

Архив Александра Н. Яковлева

КАК СНИМАЛИ ХРУЩЕВА: Стенограммы пленумов ЦК КПСС и другие документы
Документ №1

Неправленая стенограмма июльского (1964 г.) Пленума ЦК КПСС1


11 июля 1964 г.


ЗАСЕДАНИЕ ПЕРВОЕ



Утреннее


Председательствующий тов. ХРУЩЕВ. Президиум ЦК, товарищи, решил собрать Пленум Центрального Комитета исключительно по вопросам сессии2. Других никаких вопросов не подготовили, но мы считали, что следовало бы обменяться по вопросам, которые мы подготовили для сессии.

Прежде всего, о присутствующих. Из 169 членов Центрального Комитета на Пленум[е присутствует] 152, из 149 кандидатов — 131, из 63 членов Центральной Ревизионной Комиссии — 613. Таким образом, разрешите Пленум объявить открытым.

Прежде всего, мы раньше условились, что надо выдвинуть Председателя Президиума Верховного Совета СССР с тем, чтобы освободить товарища Брежнева. Есть такое предложение: освободить товарища Брежнева от обязанностей Председателя Президиума Верховного Совета. Вместо товарища Брежнева выдвигается кандидатура товарища Микояна Анастаса Ивановича. Я думаю, что вы все-таки слышали о нем. (Смех).

Кто дает ему отлуп, как сказал товарищ Шолохов, вернее, не Шолохов, а как сказал Щукарь. Когда он давал отлуп, Анастас Иванович? Вот экзамен. Не знает. За это тебе, может быть, отлуп дать?

ШОЛОХОВ. Может быть, нашему дорогому Анастасу Ивановичу...

Председательствующий тов. ХРУЩЕВ. Как дед Щукарь?

Я вижу, что у Пленума игривое настроение. Это, видимо, хороший признак, и по существу никто не возражает?

ГОЛОСА. Нет. (Аплодисменты).

Председательствующий тов. ХРУЩЕВ. Почему он аплодирует? (Обращается к товарищу Брежневу). Это рады, чтобы Вас освободить. Нельзя же назначить, не освободивши. Это обрадовались люди, что Вас освободили.

БРЕЖНЕВ. Не думаю. Это они хорошо провожают.

Председательствующий тов. ХРУЩЕВ. Думаю, что никто не требует голосования, поэтому будем считать, что одни аплодируют — поддерживают, другие аплодируют — провожают. Так?

Я думаю, что это будет хорошо, потому что сейчас значение Президиума Верховного Совета надо поднимать и придавать ему еще большее значение. Вот Конституцию разработали4. Нам вообще надо, если нас китайцы критикуют за то, что их в Программе исключили, не записали о диктатуре пролетариата, — то нам сейчас не завинчивать гайки надо, а надо показать силу социалистической демократии. У нас это есть. Вы смотрите, мы когда-то как жили. В первые годы революции черт-те чего у нас в стране не было, а мы жили, мы победили. У нас оппозиции были, были социал-революционеры, были анархисты, были меньшевики, черт знает сколько их было, сейчас не подсчитаешь, и мы выжили. Теперь, когда мощь в народе, когда мы сильны, а экономика — это доказательство правильности марксистско-ленинского учения, сейчас нужно создать условия.

При демократии, конечно, может быть всякое. Раз демократия, то и руководство может быть подвергнуто критике. И это надо понимать. Без критики нет демократии. Тогда раз сказал, значит, враг народа — тащи его в каталажку с судом или без суда. От этого мы ушли, это мы осудили. Я бы сказал, если это не позорное, то неприятное прошлое — то, что было. Неприятное потому, что ничем не вызывалось. Мы [анти]демократические методы побороли со всеми трудностями и разбили врагов, оппозицию, имели монолитность в народе, который поддерживал нашу партию, а сейчас, я так понимаю, не все мы единого мнения, сейчас у нас по нарастающей развивается этот процесс. Поэтому, чтобы было более демократично — надо устранить препятствия: освободить одного и выдвинуть другого.

Анастас доволен, доволен (смех). Правильно я сказал?

БРЕЖНЕВ. Насчет Анастаса?

ХРУЩЕВ. Да. (Смех).

Мы запишем о том, для чего мы делаем, чтобы т. Брежнев в ЦК работал, выполнял свои обязанности секретаря ЦК. Вот, собственно говоря, по этим вопросам.

Теперь повестка дня сессии. Мы так формулируем этот вопрос: о мерах по выполнению Программы КПСС в области повышения благосостояния народа. А потом разбивается по подпунктам. В чем это выражается?

а) О пенсиях и пособиях колхозникам.

б) О повышении заработной платы работникам просвещения, здравоохранения, жилищно-коммунального хозяйства, торговли, общественного питания и других отраслей народного хозяйства. Вот один вопрос.

Меня докладчиком утвердили. Я думаю, что вы не заставите меня, чтобы я доклад делал, а я готов. Я знаю, что они не захотят, поэтому я проявил храбрость. (Смех). Я, собственно, не готов к докладу на Пленуме, думаю, что члены ЦК и не требуют этого.

Так как, видимо, слухи разошлись, мы их сами распространили, мы думали поставить вопрос (это для Пленума) о переходе на пятидневную рабочую неделю с двумя выходными, но потом мы подумали, и решили, что мы не готовы, хотя это и заманчиво. У нас встречаются трудности в горной промышленности, потому что два выходных, это может привести к трудностям производственного характера, потому что будет ослабевать крыша. Потом — со школьниками как быть? Если мать и отец имеют два выходных дня, значит, детям целый год продлить для образования. Это невозможно. Для текстильщиков, для предприятий с женским трудом — это полезно, видимо, мы и дальше будем проводить, а чтобы переводить всю промышленность на этот метод — надо, товарищи, не торопиться, надо глубже продумать, изучить, посоветоваться, не торопиться, потому что нас никто не толкает.

Я бы, товарищи, сказал, что вопрос о 40-часовой рабочей неделе, — а сейчас у нас 41-часовая, — вопрос серьезный. Я был в Швеции. Вы знаете, что Швеция — самая богатая страна в Европе, хотя норвежцы и оспаривают, говорят, что там контрасты в обеспеченности. Пожалуй, это верно. Норвегия более выравнена, демократична, видимо, это так. Но факт остается фактом, что Швеция по жизненному уровню занимает второе или третье место в мире. У них 43-часовая рабочая неделя. Эрландер5 говорит, что они не будут торопиться с переходом на 40-часовую рабочую неделю. Да и у нас рабочий старается, чтобы выше заработок был, а об удлинении рабочего дня и переходе на 2-дневный выходной вопрос не ставят. Мы еще не так богаты, чтобы сейчас разбазаривать рабочее время. Если перед нашими рабочими поставить вопрос, что выгоднее — идти по пути подъема жизненного уровня путем увеличения благ, или сократить на 1 час рабочий день, думаю, что некоторые будут за первое голосовать, потому что рабочий охотно работает на сверхурочных работах. И это показательно, потому что люди хотят больше заработать.

Мы все это взвесили, чтобы правильное принять решение. Пока мы это дело отложили. Когда мы вернемся к этому вопросу, — трудно сказать. Это не значит, что подготовим к следующему Пленуму, может быть, отложим на более длительное время. Думаю, что это будет правильно.

Теперь я задержал бы ваше внимание на вопросах текущего порядка — это уборка хлеба. Сейчас я не могу вам доложить обстоятельно о состоянии урожая, но сведения, которыми располагают Центральный Комитет партии и Совет Министров, хорошие. Тов. Пысин написал записку, в которой пишет, что он был на целинных землях и что целинные земли имеют хорошую перспективу6. Конечно, об урожае говорить рановато, но вряд ли что-либо изменится. И такое же положение в Сибири. Говорят, хорошо и в Иркутской, Красноярской, Новосибирской областях, особенно в Новосибирской — ведь это хлебный район у нас. Вы что, сомневаетесь, что хлебный район?

Голос из зала. Информация точная, у нас был тов. Ефремов.

ХРУЩЕВ. Да, тов. Ефремов также рассказывал об этом.

К чему я ставлю этот вопрос? Мы созвали комиссию, которая должна поработать с секретарями ЦК, со всеми работниками, которые приехали на сессию и Пленум, чтобы хорошо подготовиться к урожаю, чтобы вывести хлеб с целинных земель. Может быть плохая погода, поэтому надо подготовить сушильные аппараты, организовать автомобильные и железнодорожные перевозки, чтобы вовремя вывезти и сохранить хлеб. Хлеб, по-видимому, будет хороший, поэтому надо хорошо подготовиться.

Российская Федерация у нас самая большая, она внутри своей республики может многое сделать, а вот Казахстану надо помочь, особенно Целинному краю, потому что сам он за счет внутренних ресурсов не справится с этим делом и может загубить много хлеба.

Поэтому надо вывезти хлеб, очистить надо поля и максимальное количество поднять зяби под хлеб, заложить возможность высоких урожаев на будущее. А это очень трудно, потому что при хорошем урожае много соломы. Поэтому надо солому свозить куда-то или, может быть, я когда-то говорил, может это варварство, но если не можешь убрать, не гонись за соломой, не губи будущий урожай. Лучше сжечь — и то будет больше пользы, чем если мы из-за уборки соломы не поднимем зябь, значит мы загубили будущий год. А там яровые главным образом.

Теперь, товарищи, я хотел бы сказать о строительстве. Мы обратились с письмом7. У нас информация такая, что строительство идет плохо, по вводу мощностей отставание, хуже прошлого. Я считаю, что это только за счет ослабления внимания партийных руководителей к этому, других причин нет.

Когда-то, я вспоминаю о старом добром времени, когда мы боролись за темпы в первой и второй пятилетке, — тогда каждый секретарь райкома знал положение на стройке так не как начальник строительства8. А сейчас он сидит и бюрократически записывает статистические данные, что отстает, что надо поднять и пр. А тут нужны не общие резолюции, а надо рассмотреть, почему это происходит: строительная ли часть отстает, материалов ли не подвозят, или оборудование отстает. Одним словом, по существу надо разбираться и не писать объяснения, а проталкивать, ломать препятствия.

Это вы, тов. Новиков, посмотрите, не потому что мы считаем, что реорганизовали9. По-моему, мы организационно правильно построили, но плохая аттестация, если после перестройки мы хуже сработаем этот год. Это будет плохой аттестацией для вас как министра.

О сельскохозяйственном строительстве, товарищи. Тоже надо посмотреть, потому что сельскохозяйственное строительство сейчас при интенсификации сельского хозяйства нельзя вести на примитивной основе, надо его поднять.

Я, товарищи, сейчас не имею цифр, но я высказывал вчера товарищам свое мнение: я хочу собрать материалы и изучить их с тем, чтобы более подковаться, как говорят, в этом вопросе.

Сейчас у нас идет большая химия. На будущий год у нас будет уже 35, но 35 — это для 1966 года, а на будущий год у нас будет 26. Если в этом году было 20 миллионов, то в будущем году у нас будет для распределения 25–26 миллионов [тонн минеральных удобрений]. Это уже ощутимо. Поэтому надо сейчас думать, как разумнее это использовать.

Когда я был у шведов, в Дании, я должен сказать, что знаете, датчане — очень большие мастера. Они урожай получают по 40–50–80 центнеров, а поля, я проезжал, это как ковер разостланный. Они хвастались мне на сельскохозяйственной выставке, на которую меня пригласили. Они показали мне ячмень: чистый, ровный, прекрасный и стоит, как гвоздь. Я сперва подумал, что это овес, а председатель кооператива (но кооперативы — это не наши, это не колхоз, а это сбытовая организация) говорит: «Господин Хрущев, вас может быть смущает, что у нас овсюг растет». Он пошел, вытащил бутылочку и в бутылочке стоит этот овсюг.

«У нас, — говорит, — это исключено, это считается происшествием № 1. Мы, говорит, для того, чтобы с овсюгом бороться, мы зерно животным не даем, не скармливаем, мы все зерно обязательно перемалываем, потому что скормленный овсюг проходит через пищевой тракт, а потом удобрения вносим в поле и засоряем поле овсюгом. Совершенно исключено, чтобы найти овсюг.»

Животноводство у них, товарищи, особенно молочное — высокоразвитое. Я сам, когда ходил по ферме, мне сказали — 6,95 % жирности. Я говорю — 5,95. Нет, говорят — 6,95. Я убедился — 6,95, товарищи! Это 7 % жирности! А у нас какие-то болтуны находятся, которые говорят, что теперь на Западе не ищут жирности. Там как раз на первом плане жирность. Корова, она дает 250–300 кг в год жира. Вот это ценность.

У них очень хорошо поставлено племенное дело, искусственное осеменение. Нам просто стыдно, потому что родина искусственного осеменения — Советский Союз. В Дании, Швеции — у них это дело поставлено на государственную ногу, и станции, за которые отвечает советник, который занимается осеменением, он отвечает за район и он сам проводит всю эту работу. А у нас начальник, а потом осеменитель, а ответственного не найдешь.

Они проявили любезность, правда, это не простая любезность, потому что государство капиталистическое: они подарили бычка и трех телок.

Бывший премьер-министр сказал мне: «Я жалею, что не с моей фермы бычок. Я ручаюсь, что этот бык — брат быка, который получил первую премию на выставке, на которой я был. Этот бык очень высоких племенных достоинств».

У нас какие показатели для отбора? Василий Федорович10 говорил, чтобы рога были. Там рога уничтожают — скот безрогий. Это не шутка. Это у нас, если посмотреть в требовании, записано: при отборе экстракта — рога и прочее, бык должен быть похож по рогам. Там этого не делается. Но зато коровы маленькие.

Мы были у Эрландера на даче, не собственной, а государственной. Маленькие коровы — 5,5 тыс. дает, и жирность у шведов от 4 до 5. Хорошо! А у нас — 3,2, товарищи. А 3,8 — так мы уже и премии получаем. Даже некоторые секретари обкомов просят снизить: не 3,8, а 3,2, следовательно, тогда уж снизить до 3 [процентов].

Вот все эти вопросы нам надо сейчас продумать и, видимо, нам придется еще Пленум созвать по сельскому хозяйству и вернуться еще к этим вопросам. Это будут, видимо, вопросы организации производства, видимо, там нужно будет поговорить о более глубокой специализации.

Со мной ездил тов. Сидак, очень хороший человек, знающий дело, заместитель министра. Мы критиковали состояние нашего крупного животноводства. Спрашиваю, кто-нибудь из вас знает, кто у нас отвечает за состояние, за развитие крупного животноводства в Союзе, в стране? Кто? Он сказал — Кругляк. Кто такой Кругляк? С чем его едят? Никто не знает.

Как же будет дело двигаться? Не может оно двигаться. Я спросил, и мне Сидак сказал, что Кругляк очень достойный человек, знающий человек, специалист этого дела. Но, товарищи, никто его не принимает, его никто не слушает, и то, что он хотел бы сделать, мы не знаем, мы даже не знаем его понимание дела и какая его программа в этой области. Мы этого не знаем. Как же может быть на высоком уровне эта отрасль хозяйства при таком положении? А эта отрасль хозяйства решающая, потому что дает молочные продукты, дает мясо, дает кожу.

Поэтому, видимо, нужно идти по линии специализации, более узкой специализации, выдвигать крупных ответственных людей, которые должны заниматься этим делом и отвечать за него. Если бы, например, создать управление союзно-республиканское по крупнорогатому скоту, союзно-республиканское управление по овцеводству. Вот взять овцеводство. Ведь стыдно, товарищи, мы вырезали овцеводство в нечерноземной полосе. А в Ленинграде объясняют отсутствие овец тем, что у них увлажненная зона, мокрец разводится. А как же в Англии? На выставке у нас здесь они показывали свое овцеводство. Если наша — увлажненная зона, то Британские острова — это тропики, потому что там все время идет дождь, а у них самая высокая плотность овцеводства, и прекрасное овцеводство — и мясное и шерстное, это они демонстрировали у нас.

Возьмите Финляндию. Ленинград считает невозможным держать овец, а Финляндия, более северная страна, с большими осадками, она экспортирует за границу баранину.

Поэтому многое, многое у нас надо пересмотреть.

Взять хотя бы овцеводство. Я был у помещика в Швеции. Должен сказать, что это помещичье хозяйство не то, что было у нас в России. У него 300 гектаров. Хорошее хозяйство. Он получает 41 центнер пшеницы 10 лет подряд, 39 центнеров ячменя. У него коровы, овцы ходят в его усадьбе. Я у него спросил, почему у него овцы. Он мне ответил, что овцы — это у него пар. Он их держит для того, чтобы не выстригать траву, эту работу делают у него овцы. Он говорит — мне не нужно рабочих держать для этого, так как это делают овцы, а кроме того, они мне дают прибыль. И действительно это так. Таким образом, у нас многое надо изменить.

Я уже в своем докладе говорил — мы создали производственные управления и в этих производственных управлениях есть инспекторы. Там есть учителя, там есть врачи — и это инспекторы, организаторы по выращиванию кукурузы, картофеля и прочее. А что он может? Он только ля-ля языком поболтает и все. Ничего, потому что дело он не знает и с него потребовать нельзя.

Я помню, когда-то, в первые годы революции одного крестьянина-бедняка выдвинули и утвердили, это в моем селе было, председателем комбеда. Это был хороший, умный человек, но пьяница. И сейчас же он с кулаками начал пьянствовать. Мужики собрались, побили его, суд устроили. Он вышел на суд, снял шапку и сказал: «Разве вы меня не знаете, разве я пьяницей стал, когда вы меня избрали председателем? Я пьяница двадцать лет. Вы все это знаете, а вы выдвинули меня председателем». (Оживление в зале).

Так этот инспектор-организатор скажет вам: слушайте, я врач, или я учитель, а вы меня выдвинули инспектором-организатором, чтобы я вам поднимал сельское хозяйство. Я только болтать могу, потому что знаний у меня много, а как это делается, я не знаю.

Кто это делает? Вы это делаете. Что у нас нет людей? Есть люди, но почему выдвигают таких? Потому что он пятнадцать лет работает на этой должности в райисполкоме, в райкоме партии. Он уже провалил несколько колхозов, а его опять выдвигают.

Посмотрите, вот, например, товарищ Кавун. Ему 33 года, а он председатель колхоза уже много лет. Товарищ Кавун, сколько лет Вы работаете председателем колхоза?

КАВУН. Двенадцатый год, одиннадцать лет.

ХРУЩЕВ. А Вам сколько лет?

КАВУН. Тридцать шесть.

ХРУЩЕВ. Тридцать шесть. Когда я его раньше спрашивал, ему было меньше, теперь я ему прибавил один год, а уже прошло три года или даже пять лет. Он агроном, из своего колхоза. Крестьяне ему доверили. Таким образом, ему тридцать шесть лет, одиннадцать лет он работает председателем, сколько же лет ему было, когда он стал председателем колхоза? Двадцать пять лет. А колхоз его лучший. Он молодой, умный, образованный человек. А мы таких людей имеем в сельском хозяйстве десятки, сотни, а, может быть, десятки и сотни тысяч. Но где они? Мы их не видим.

Это я говорю потому, что это очень важный вопрос.

Но это очень важный вопрос. Ничего не получится, если мы не выдвинем специалистов. Я не сомневаюсь, все возмущались бы, если бы кто-нибудь пришел к директору завода или к начальнику цеха и начал давать указания, как вести дело в данном цехе. Это мешает. У нас каждый профан, проезжающий по дороге, может остановиться и учить председателя колхоза, как ему вести дело. Нельзя так, товарищи. Сельское хозяйство требует так же научных и практических знаний, как любая отрасль хозяйства, поэтому нельзя это делать. Покамест это мы не ликвидируем, мы будем очень медленно продвигаться вперед.

Вот я вам скажу, что я уже записку подготовил, потом мы ее обсудим, тогда, видимо, разошлем ее.

Возьмите горком партии, райкомы партии промышленные. Они слушают заводы, но разве отдают конкретные указания для того или иного производства? Да они не могут. У нас кто главный в сельском хозяйстве, начальник производственного управления или секретарь парткома производственного управления? Конечно, секретарь, а это безответственный человек за производство, он слушает, резолюцию принимает, доказывает и прочее.

Нельзя так, товарищи. Когда мы реорганизацию проводили, мы хотели избавиться от положения, когда райисполком и райзо были, райзо при райисполкоме и райкоме партии для справок был. Так сейчас производственное управление приспособили к такому положению. Производственное управление не может работать, потому что секретарь партийного комитета этого производственного управления главный в этом деле. Пусть секретарь партийного комитета занимался бы партийной работой, массовой, просветительной и прочее, а те занимались организацией производства. Вот была бы сила.

Так, товарищи, нельзя. Возьмите армию. Если политработник будет подменять командира, не будет армии. Не будет армии. Так почему это правильно для военных, почему это правильно для промышленности, почему это неправильно для сельского хозяйства? Потому что каждый профан, потому что обязательно и умный, и дурак ходят в столовую, кушают продукты сельского хозяйства, поэтому каждый профан, он уже раз пообедал и считает, что знает сельское хозяйство. Он говорит: я ел картошку. Но производить картошку — это совсем другое.

Это, товарищи, бедствие для сельского хозяйства, потому что оно самое древнее, самое распространенное и знания уже стали бытовыми. Но жизнь-то идет вперед, усложняется производство — механизация, химизация и прочее. Сейчас уже наука обогащает эту отрасль производства. А он привык видеть, как его бабка садила картофель, и с этим понятием хочет руководить сельским хозяйством.

Это несчастье. Я говорю об этом для размышлений. Мы Пленум в конце ноября, а может быть, попозже, после праздников соберем, когда закончим уборку хлебов. Я не говорю о том, что у нас хуже, у нас лучше. Хочется, чтобы было лучше, а можем, подберите людей. Чем держать незнающего человека инспектором, лучше без инспектора. У них называются они советниками. Советник проходит экзамен по той отрасли, по которой будет работать, иначе его не пустят фермеры. Такое же положение в Соединенных Штатах Америки. Вот племянник Гарста работает инспектором, там тоже знающие люди.

Вы посмотрите у себя. Большинство людей таких, которые не имеют сельскохозяйственного образования. Это в 1964 году, товарищи, когда мы каждый год выпускаем десятки тысяч специалистов сельского хозяйства. Но мы их не пускаем, потому что они усов не имеют, — я против Городовикова не выступаю, потому что у него усы достойные и красивые, хотя к сельскому хозяйству не имеют отношения. Калмыкия двинулась вперед. Так, тов. Городовиков?

ГОРОДОВИКОВ. Так, конечно.

ХРУЩЕВ. Калмыкия второй год очень хорошо идет. В этом году сколько сдаст, тов. Городовиков?

ГОРОДОВИКОВ. 22.

ХРУЩЕВ. Сколько?

ГОРОДВИКОВ. Это двадцать с лишним миллионов.

ХРУЩЕВ. Говорят 25.

ГОРОДОВИКОВ. Будем стараться.

ХРУЩЕВ. Раньше Калмыкия сдавала один миллион или несколько тысяч.

Я бы один вопрос затронул, чтобы не терять времени этого года. Я ехал через Белоруссию, говорил с тов. Мазуровым. Там засуха жестокая, там хуже, чем в прошлом году. В районах, которые являются зоной по производству картофеля и овощей, считаются увлажненной зоной, я бы пошел здесь на искусственное орошение, потому что в этих зонах больше всего имеется возможностей. Это не степь украинская и кубанская, когда от ставка к ставку на волах надо 2 дня ехать. Директор совхоза «Кубанец», в этом совхозе были украинцы, я был, в прошлом году перед посевом полил 200 га земли и посеял «Безостую-1», 50 центнеров дает, а затрат сколько? 200 кубометров полил.

ГОЛОС. 200 кубометров. 2 копейки кубометр воды.

ХРУЩЕВ. А у «Кубанца», какой средний урожай? Видимо, не 50, а он получил 50 центнеров.

И видимо, везде так. Особенно кормовые культуры — кукуруза. Сейчас хозяйства, которые поливали, в прекрасном состоянии. А стоит это гроши. Надо это применять в Московской, Рязанской областях, в Белоруссии. Уверяю вас, что эти затраты окупятся в один год. Ведь можно применять примитивные способы, как это сделал совхоз «Кубанец». Кто может более капитально сделать — еще лучше, но лучше не сразу делать капитально, можно начать с примитивного.

В Московской области кукуруза на силос является лучшей культурой. Куда бы мы ни крутили, ни вертели, — лучшей кукурузы мы найти не можем. Здесь получают хороший урожай — 300 центнеров, а при поливе в этом году в Московской области можно получить 700–800 центнеров. Посчитайте, какая оплата. А 700 центнеров — это молоко, это целая молочная река. Разве мы не в состоянии поставить это дело на широкую ногу в Московской области? Ведь здесь, куда ни пойдешь, попадешь в реку или в болото; здесь возможности неограниченные.

Я бы попросил подумать над этим. Я знаю, вы сейчас подумаете и через неделю пришлете большую записку с миллиардными запросами, будете говорить, что Хрущев правильно говорил, мы его полностью одобряем. Так поступить большого ума не требуется. А мы денег не дадим, а этот бюрократ будет говорить: мы ставили этот вопрос, но его оставили без внимания.

Нужно сделать так, как подобает, мобилизуйте у себя возможности, как это сделал директор совхоза «Кубанец». Он сам все сделал. А теперь Марьинский район многое сделал, потому что там хороший организатор секретарь райкома партии. Это лучший район, мой район, где я был секретарем райкома, поэтому я и хвалю своего секретаря, который работает после меня. Ну, это я в шутку говорю, если бы я там работал, может быть, этого бы и не было, было хуже. Просто сейчас хороший секретарь райкома.

По картофелю. Мы потом соберемся, да и я выступал, и практика показывает, что высевать надо 2,5–3 тонны картофеля, чтобы получить хороший урожай. Вот мне тов. Шевченко рассказывал, что он побывал в Калиновке, возил туда приехавшего к нам фермера бельгийца. Бельгиец спросил председателя колхоза Грачева, сколько высеваете картофеля? Тот ответил: 3 тонны. Бельгиец удивился — 3 тонны! Это невозможно! Я высеваю не более тонны, а получаю 40 тонн урожая. Вот как, товарищи! А у нас если посеять тонну, то ни черта не получишь. Почему? Все упирается в семеноводство, опять в науку.

Бельгиец говорит: я вот семенники закладываю, а высеваю 5 тонн, или выбираю мелкий картофель специально для семян, его высеваю тонну, а получаю 40 тонн. А у нас? У нас, собственно, нет семеноводства. И здесь я ученых не виню. Академика Лорха я уважаю. Мы просто затаскали, нет порядка.

Вы помните, что после войны Молотов внес предложение, — а он тогда шефствовал над железнодорожниками, а железнодорожники стремились к тому, чтобы как можно меньше было грузов для перевозок. И вот они нашли источник для уменьшения перевозок, говорят, что много картошки возят, надо, чтобы каждая область выращивала и обеспечивала картошкой себя.

И вот тогда эта было бедствие. Например, Винница рядом с Одессой, и она обеспечивала картошкой Одессу, потому что там хорошие условия. Одессу заставили сажать картошку, а в Одессе картошка вырождается, в Измаиле вырождается, в южных районах картошка не растет, а заставляли выращивать.

Я тогда не был председателем, а некоторые были в этом Совете Министров, сидящие здесь, они принимали это решение. Верно, Анастас Иванович, умное решение? Нет.

Очень много нам надо, товарищи, сделать. Семеноводство надо развивать. Мы не хотели из Винницы в Одессу завозить картошку, а Египет вывозит раннюю картошку в Голландию. К нашему позору, мы в прошлом году покупали лук в Египте, мы — Советский Союз. Надо было взять этот лук погорчее, да натереть определенные места тем, которые его покупали, я имею в виду органы обоняния, потому что если [был] бы перец, тогда другие места, чтобы эту глупость не делали. Мы в необъятной стране с различным климатом не можем себя обеспечить луком. Это результат наших возможностей? Это результат нашей бездеятельности.

Так вот, я говорю: значит выгодно ОАР семена картофеля покупать в Бельгии, а раннюю картошку вывозить в Голландию, Германию и другие страны.

Товарищи, так мы можем это сделать, мы можем завалить ранним картофелем Запад, если будет спрос. У нас Армения, Азербайджан, Средняя Азия, Краснодар, Украина.

Знали мы это или не знали? Знали. Вернитесь вы к трудам Лысенко. Его критикуют некоторые прохвосты. Я считаю, что Сахаров — академик молодой, коммунист, но он очень неумно выступил. Это уже Академия наук начинает вмешиваться в политику. Там стоял вопрос об избрании членом-корреспондентом Ремесло. Это прекрасный селекционер украинский. Была работа проведена против Лысенко, он выступил и сказал: Лысенко убил столько-то или не столько-то людей, и теперь не принимать Ремесло, потому что они на одной позиции в вопросах теории с Лысенко11.

Товарищи, для политического руководства, я считаю, у нас достаточно нашей партии и Центрального Комитета, а если Академия наук будет вмешиваться, мы разгоним к чертовой матери Академию наук, потому что Академия наук, если так говорить, нам не нужна, потому что наука должна быть в отраслях производства, там она с большей пользой идет, это нужно было для буржуазного русского государства, потому что этого не было. Сейчас, в социалистических условиях, это изжило себя, это придаток и проявляет он себя довольно плохо. Тов. Сахаров — коммунист, очень одаренный человек и мы высоко ценим его, но не ему определять политику. Он создал водородную бомбу, его предложение было. Но когда мы решали вопрос о создании бомб [более] крупных (он тоже тогда работал), он голосовал против: товарищ Хрущев, говорит, я против12. Я говорю: вот какой Христос! И это коммунист. Он молодой, но, конечно, молодой по нашим взглядам. Ему лет 45?

ГОЛОС. Он беспартийный.

Н.С.ХРУЩЕВ. Ну, беспартийный, — тоже надо вести с ним работу и проработать его. Я уж думал об этом, но не хочется поднимать эти навозные дела.

Вот эти вопросы. Одним словом, сельское хозяйство требует большого внимания, более осторожного, с привлечением науки и мобилизации сил, правильной расстановки сил с тем, чтобы правильно использовать наши огромные возможности, которые у нас имеются.

Вот я промучил вас с час, кажется. Вопросов нет? Разрешите Пленум закрыть.

 

РГАНИ. Ф. 2. Оп. 1. Д. 747. Л. 1–22. Подлинник. Машинопись.

Опубликовано: Никита Хрущев. 1964: Стенограммы пленума ЦК КПСС и другие документы. М.: МФД: Материк, 2007. С. 52–61.


Назад
© 2001-2016 АРХИВ АЛЕКСАНДРА Н. ЯКОВЛЕВА Правовая информация